День, который запомнился на всю жизнь. Кораблик.


Я до сих пор не могу толком понять, почему же этот день запомнился мне на всю жизнь. Хотя, если вдуматься, то дней, запомнившихся на всю жизнь очень много. Просто, чаще всего, запомниться то они запомнились, а вспоминать там и нечего… или не очень хочется. Так тоже бывает.

Источник
А вот в тот день я узнал, что такое «Кораблик». И никак не связано это было ни с морем, ни с мачтами и парусами. Хотя в моем довольно насыщенном событиями детстве много раз уже тогда встречались перевернутые вверх дном металлические моторные лодки, ждущие своих хозяев на каменистом берегу, да и воды в округе было много, только не морской, а речной… колымской.
Было мне тогда лет 10-11 наверное. И жили мы с родителями на берегу реки Колыма в поселке, окруженном синими, но больше конечно белыми от снега горами, которые здесь называются сопками. Отец работал в местном аэропорту и очень много свободного времени, когда были каникулы в школе, я проводил именно там. Я шлялся в окрестностях аэропортовских построек и ВПП, если был сезон, собирал стланниковые шишки и ягоду, или просто, набрав в карманы мелкой гальки, бил из рогатки попадавшиеся в поле зрения бутылки, мечтая подстрелить белку или, на худой конец, бурундука. В общем, это были часы и дни полного блаженного безделия и дикой свободы, которая только возможна для мальчика-подростка в условиях короткого лета на Крайнем Севере.
Видя такое мое праздное шатание по близлежащей тайге, отец пытался придумывать мне разные занятия, связанные в основном с каким-нибудь более-менее общественно-полезным трудом. Но перебирать гайки и болты в остропахнувшем машинным маслом и солярой автомобильном боксе мне никогда не нравилось. Я до сих пор с техникой на «вы», ибо всегда тянули и манили меня больше запахи хвои, берега рек и горные распадки, где можно было скрыться от надоевших взрослых и с головой погрузиться в фантазии и игры по мотивам приключений своих любимых книжных и киношных героев.
Конечно, убегая на Колыму, летом я брал с собой удочные снасти, чтобы, если повезет, вытащить из реки и посадить в банку с водой серого гольяна, а то может и разноцветного хариуса. Начитавшись рассказов Станислава Олефира, я какое-то время просто бредил рыбалкой. О спиннинге в то время я мог только мечтать, а вот попробовать добыть хариуса, выпрыгивающего за искусственной «мушкой», было вполне выполнимой задачей.

С00
Естественно с моей стороны не утихали бесконечные разговоры о рыбацких снастях и приспособлениях. Мой отец, в своем детстве когда-то нарыбачившись на Днепре, здешнюю рыбалку, как-то не признавал. Но вот однажды, когда в очередной раз он забрал меня к себе в аэропорт, отец познакомил меня с одним дядькой, который работал тут же. Он был то ли электриком, то ли монтажником… точно не помню. Помню только, что на стене их бытовки висела большая картина маслом в стиле соцреализма повествующая о работе электромонтажных высотников, но разглядывал я ее не долго.
Дядя Коля сразу потащил меня к своему небольшому верстачку, на котором были разложены различные приспособы для производства тех самых, желаемых всем моим сердцем рыболовных «мушек». Здесь я наконец-то увидел все великолепие и загадочность их хитрого производства. При мне дядя Коля напаивал кусочек свинца на блестящее латунное основание, делал цветастую обмотку сверкающего острыми жалами двойничка, украшенного идеально подстриженным хвостиком из жесткой медвежьей шерсти.
«Вот, эта «муха» тоже пойдет на кораблик» - многозначительно улыбаясь, сказал дядя Коля и показал мне начерченный на большой кальковой бумаге чертеж. Это был расчерченное с размерами и пояснениями изображение, какого-то, как мне показалось, катамарана. Я в ту пору увлекался судомоделями и, конечно был заинтересован.

Источник
Но недопонимание длилось не долго. Дядя Коля открыл замок металлического рабочего шкафчика и извлек на свет божий собственно сам «Кораблик». Это была небольшая конструкция, сделанная из двух деревянных пластин, одна пошире, другая поуже. Пластины были соединены трубками, к которым крепился какой-то непонятный мне механизм. Дядя Коля назвал его «реверс».
Итак, «Кораблик» был готов. И ждал, как сказал его хозяин, только меня. На дворе стояла настоящая колымская весна. Ледоход на Колыме уже прошел, а по берегам реки еще лежали огромные ледяные глыбы. По их шамкающему под ногами снегу было протоптано множество тропинок и нам в этот день предстояло пройти по ним вдоль кромки черной холодной колымской воды.
«Сейчас на кораблик самое то ловить!» - говорил дядя Коля, пока мы спускались к месту рыбалки. «Лед сошел. Хариус голодный…»
Выйдя на ледяной берег, он спустил кораблик на воду и стал разматывать привязанный к нему длинный шнур. К этому шнуру на поводках разной длины были закреплены разные «мушки». И вот кораблик, устроенный так, что он мог плыть и по течению и против него, стал забирать все дальше от берега, а «мушки» стали скользить по глади воды, создавая эффект движения насекомых. Для изголодавшегося хариуса этот сигнал был просто убийственен.

С00
На первых же метрах проводки на крючки выпрыгнуло несколько цветастых рыбин и повисло, зацепившись за острые двойнички. Мы прошли несколько десятков метров по течению и стали подводить кораблик к берегу, чтобы снять пойманную добычу.
Я был в восторге! На обратном пути против течения дядя Коля дал мне нашим корабликом порулить. Тот, казалось, слушался любого моего движения и плыл или дальше или ближе, или быстрее или медленнее, в зависимости от натяжения шнура. А рыба все выпрыгивала и выпрыгивала, гоняясь за искусственными приманками. За час лова мы вытащили на берег штук двадцать хариусов. Пора было возвращаться в аэропорт.
«Пять штук – законно твои!» - сказал дядя Коля и отсыпал мне в мешок несколько холодных блестящих рыбин. Сказать честно сама добыча была мне особо и не нужна, но это было доказательством моего такого нестандартного приключения.

В тот день мать сварила из этих хариусов вкуснейшую душистую уху, а я, почему-то, взял, да и запомнил этот день на всю свою жизнь.

Подписывайтесь на мой блог @zaxar! Будет интересно!


Comments 1