Диссиденты и «диссидентство»



Инакомыслие – порог протеста – «диссидентство» - бойкот – статистика протеста.

«Избирательный бюллетень сильнее пули».
Авраам Линкольн

Через атомизацию граждан благодаря репрессиям и идеологической обработке коммунистам удалось создать советского человека. Человека без ценностей, исключительно со шкурными интересами.

Несмотря на этот трагический процесс в СССР были диссиденты – инакомыслящие. Во времена хрущевской оттепели это явление стало набирать силу. Диссидентов резко отличало неприятие советской идеологии, так как она противоречила человеческим ценностям.

Есть такое поразительное свойство у людей, как только их перестают массово уничтожать, некоторым удается запустить механизм воспроизводства ценностей. Если насилие в обществе снижается, то этот процесс расширяется и набирает силу. Но мы помним, что особенность ценностей заключается в том, что они выплескиваются в виде убеждений в социальное действие.

Не может разрастаться внутреннее пространство без расширение внешнего, где человек реализует свои внутренние состояния. К тому же ценности в отличие от атомизированного состояния сближают людей, производя доверие, как двигатель внутреннего сгорания тепло.
В 1968 году был очень высокий порог для протеста. Могли не только избить, но и убить.
Сгноить в лагере, отдав уркам на растерзание или уничтожить личность при помощи карательной психиатрии. Высокий порог протеста требовал убеждения и твердости в своих ценностях.

Несмотря на это после оккупации советскими войсками Чехословакии семь диссидентов вышли на Лобное место с плакатами и выступили за свободу. Их тут же жестоко избили, двоих на длительное время отправили на картельную психиатрию, остальных в тюрьму.

Последний выход на лобное место несогласных был 50 лет спустя в 2018 году с лозунгом «За вашу и нашу свободу», их задержали, не избили и отпустили. Порог протеста значительно снизился с 1968 года, хотя и по-прежнему, из-за репрессивного законодательства, принятого после выступлений на «Болотной» и «Сахарова» остается сравнительно выше, чем в странах развитой демократии. Недемократический лидер в России опасается протестов.

После случая на лобном месте в 1968 году диссидентом, стало быть, модно, но страшно. Если часть людей в СССР стали диссидентами именно в результате внутренних изменений, нового открытия ценностей, то большинство кухонный борцов стали подражать моде, по большей части в результате зависти смелости диссидентов, их готовности бросить вызов режиму.

Этих кухонных бойцов я буду называть «диссидентство», чтобы отличить от диссидентов, которые осуществляли активное гражданское взаимодействие: распространяли самиздат, требовали исполнения Конституции и по сей день занимаются правозащитой.

«Диссидентство» в Советское время было оправдано. Открыто проявлять инакомыслие и недовольство режимом было опасно. По понятной причине кухонные борцы клеймили советскую власть, ожесточенно размахивая картошкой на вилке, травили смешные анекдоты, разрушая мифологию режима и проч. Но как только такой кухонный борец оказывался на улице, в коллективе, он покорно сносил все унижения на партийных собраниях, терпел очереди за продуктами питания и предметами первой необходимости, ожесточенно выступал против диссидентов, когда это от него требовалось властям.

Выборы в СССР были из одного кандидата, поэтому всё «диссидентство» вместе с диссидентами бойкотировали выборы и правильно делали. Потому что выборы из одного кандидата – неконкурентные и, фактически, выборами не являются. Члены избирательных комиссий сами, пользуясь списками избирателей, расписывались за них, тем самым, делая явку, и бросали бюллетени в урны.

Но в 1989 году коммунисты впервые устроили конкурентные выборы в Верховный Совет. Конечно, второй кандидат проходил через фильтр райкома и/или обкома КПСС и специально подбирался слабым. Агитация работала в одни ворота, и выборы были фактически украдены. Но они уже были конкурентными. Россия перешла в конкурентный авторитаризм с сочетанием революционно-процедурной легитимности.

Но бойкотчики из «диссидентства» остались жить в Советском Союзе времен до 1989 года и теперь продолжают не ходить на выборы, жертвуя свои бюллетени избирательным комиссиям. А избирательные комиссии в недемократических режимах, за редким исключением, состоят из людей лояльных власти и имеющих богатый опыт фальсификации выборов. Поэтому они используют свободные бюллетени в пользу интересов недемократического авторитарного лидера.

Жизнь сильно изменилась, появилась возможность протестного голосования, но большинство граждан ею не пользуются.

«Сергей Лис: Самое сильное проявление гражданской позиции было в 2011 году, хотя, даже тогда 35-40% избирателей не пришли на участок, где я был наблюдателем. Да, и подготовленных наблюдателей у нас не хватало. Две переносные урны были без наблюдателей (доказать не могу, но все говорит о том, что вброс был в них). Так было по всей стране. Да, мы проиграли жуликам. Но даже та активность позволила вскрыть такую массу нарушений, что это вылилось в спонтанный протест на «Болотной». С тех пор к постоянным сидельцам на диване добавились еще и те, кого засланцы АП убедили байкотить осознанно. О какой массовой активности вы говорите, если байкотчики умышленно [протест] тянут вниз и не позволяют довести до критической для Кремля точки???»

«Болотная» и «Сахарова» привели к снижению фальсификаций на выборах в Москве.
Советские статистики после того, как бандиту Джугашвили положили на стол данные первой переписи населения со страшными цифрами его уменьшения, были по большей части уничтожены. Новые советские статистики уже приносили только «правильные» данные, которые соответствовали пониманию интересов вождя всех времен и народов.
Угроза потери рабочего места туда же привела российскую статистику, хотя, современные нам умельцы уже не столько подделывают цифры, сколько манипулируют методиками опросов. Ты на дачу поедешь или тебе голову оторвать? Вы за присоединение Крыма или вам электричество отключить?

Происходит это так. Подходит вопрошающий к человеку и спрашивает согласие на интервью. 7 из 10 посылают куда подальше, потому что не испытывают симпатии к недемократическому лидеру, а опросы воспринимают, как одобрение действий авторитарного лидера. Остальные, раньше, сразу после оккупации Крыма, в количестве 84% процентов заявляли, что одобряют действия несменяемого лидера. Но ведь эти 84% процента – это меньше трети опрошенных! Так формируется мнимое большинство в статистических отчетах. Оно расползается по подконтрольным недемократическому лидеру СМИ и граждане начинают верить в ложь, что большинство за несменяемого лидера.

Последнее время рейтинги доверия совсем перестали публиковать, после того как одобрение вот этой 1/3 от опрошенных упало до 42%. Если посчитать с учетом всех погрешностей – большинство российских граждан, более 80%, за сменяемость власти.

Но самое надежное исследование провел пранкер через эффект неожиданности, повесив портрет недемократического лидера в лифте. Две бабульки чуть не умерли от страха, отдав голоса авторитарному лидеру. К ним можно прибавить семью с лицами восточного типа, которая ехидно улыбнулась и промолчала. Все остальные респонденты крыли матом. Выборка показала, что в Москве, в благополучном районе, более 90% человек совершенно открыто, не скрывая своего отношения к недемократическому лидеру, высказываются против него.

Дорогие друзья! Нас примерно 80-90%. Если мы начнем ходить на выборы и голосовать против основного кандидата, Россия довольно быстро перейдет к порядкам открытого доступа и демократии. Для этого нужно преодолеть атомизацию, выученную беспомощность и двойную прошивку сознания через открытие ценностей.


Comments 0