Повседневное обозрение: Как научить учиться в современной школе?


В своей работе я то и дело ловлю разные запросы от родителей и учителей, и один из таких запросов – «научите детей учится!». Особенно это связанно с школьниками среднего звена (6-8 классы), которые, по словам взрослых, «не обращают внимание на учебу, и только и делают, что общаются». Рассказать им о том, что в их возрасте это совершенно нормально, получается далеко не всегда, а запрос – есть запрос. И тогда, при подготовке к занятиям, задаешься вопросом – как актуализировать в детях потребность к обучению? Даже не так – как сделать обучение в современной школе ресурсом?

Понятно, что современная школа в России переживает кризис, который заметен даже такому «внештатному» сотруднику, как я: детей запугивают ЕГЭ и ОГЭ, каждую неделю проверки, детям попросту не продохнуть от нескончаемого потока занятий, классов, кружков, репетиторов… И, при всем при этом, их мотивируют, на мой взгляд, самым ужасным инструментом воздействия: неявным стимулом. Типичные ответы ребят, для чего они учатся: «чтобы хорошо закончить школу», «чтобы поступить в ВУЗ», «сделать успешную карьеру» и т.д. Это абсолютно типичные, и при этом, опять же – на мой взгляд, иллюзорные ответы, которые дети дают «автоматически», приучено, без личного участия. При этом учеба ни каким образом не связывается с настоящим, «здесь и сейчас».

Детям, особенно подросткам, куда интереснее общаться друг с другом, нежели учить уроки или сидеть смиренно на партах. Ведь именно в период подросткового детства начинается усиленное формирование личности, становление ребенка как взрослого. Ребята говорят о своих чувствах, мыслях, переживаниях, и соотносят их с чужими. Общение несет важнейшую функцию – становление и установление себя, как личности. «Я привношу в этот мир себя, а мир реагирует на это, и под влиянием обратной связи Я укрепляю или переструктурирую самого себя». И, конечно, куда важнее обратная связь именно от сверстников – этакий микросоциум, подобие общества, в котором я устанавливаю себя.

Однако бюрократическая система превыше всякого развития и становления ребенка. Лишь за редким исключением детям прививается именно любовь к знаниям, а не простое их транслирование из головы учителя в головы учеников. Да и их полезность определяется прежде всего решением экзаменов, а не практическим применением в жизни. Однако виновных тут нет: успешность учителя находится в прямой зависимости от успешности учеников; администрация школы вынуждена следовать указаниям, спускаемым сверху, и также соответствовать предписаниям; государственному аппарату же в срочном порядке нужны квалифицированные рабочие, дабы продвигать страну на мировой арене.

И каким образом в этой системе вернуть детям интерес к обучению? Возможно, попробовать связать учебу с их личным интересом. Подростки уже сейчас знают, что их увлекает, кем они хотят стать в дальнейшем. И в условиях общего образования есть возможность связать увлечение подростка с любым преподаваемым ему предметом.

К примеру, есть Вова, ему 13 лет. Вова хочет быть архитектором, и поэтому, сидя на уроке литературы, он задается вполне логичным для него вопросом: «А для чего мне литература? Мне бы математике или геометрию!». Быть может, именно поэтому Вове не сидится на месте, ему хочется пообщаться, «поразвиваться». Это нормальное явление для ретрансляционного обучения, где Вова – простой приемник информации. Но что если из пассивного состояние перейти в активное? Что, если Вова взглянет на литературу через призму собственного интереса? Читаете Евгения Онегина? Отлично, почему бы не поинтересоваться, в каком доме жили Ларины? Есть ли в романе строки о их быту, о их убранстве? Сойтись с историей, и составить образ этого дома так, чтобы все события, описанные в романе, сходились, и не было бы логической ошибки в этом повествовании. Познание Евгения Онегина через архитектуру – поверьте, это выше всяческих похвал! Таким образом подросток смотрит на мир через призму своего интереса – и вот тут включается его активность, так как это личностно для него значимо.

Понятно – до учителей этого не донести. Им точно не до этого. Но можно пробовать такую схему преподнести самим детям. Научить их учится! То есть понимать, что и для чего ты сейчас изучаешь, насколько получаемое знание для тебя важно. Мы жалуемся на то, что дети некритично относятся к информации в интернете, но на самом деле критичность к информации должна проявляться именно в школе. Но как научить подростков брать ресурс из школы? Только через личный разговор, и, конечно, не один. Чем, собственно, я и занимаюсь.

В конце концов, какой вывод я могу сделать: надо не кричать детям о важности учебы, о далеких целях с громкими, общими словами вроде «успеха» (ибо что значит быть успешным, кажется, не знают ни взрослые, ни дети). Учится в контексте развития возможно лишь тогда, когда это ресурсно и интересно для ребенка. И вернуть детям любовь к учению можно лишь с опорой на их формирующуюся личность.


Comments 0