Пьеса «Предвиденье и провидение»


  


Действующие и бездействующие лица

Король Прав   
Наследник Гарри   
Наследница Карлеман   
Звездочёт Уго   
Слуга Иван   

В эпизодах участвуют:   
Говорящая собака   
Конь 1    
Конь 2   
Дух, успешно скрывающий имя своё   
Робот-диктор   
Торговец пряностями   

Акт 1

Сцена 1

Лес у озера. Гарри пробирается в тумане сквозь заросли колючего тамариска к воде. За ним, пыхтя, спешит толстый маленький малаец-слуга с отрезанным языком. В его руках – маленький коптящий факел и увесистый складной трон, поблескивающий смарагдами.       

Гарри:    О, странный и зловещий дух! (пауза) Ты здесь? (долгая пауза) Иль нет? (замирает со склоненным челом) Одно из двух… И если здесь, явись, молю! Стоять подолгу не люблю. Промокли ноги. Я вспотел. Оторван я от важных дел!   

Ветер вдруг доносит из камышей звук колокольчика. Колокольчик звенит 14 раз всё тише и тише.   

Гарри (слуге):   Ты слышал, мерзкий! Слышал? Нет? Скорее нам давай ответ!!!   

Испуганный слуга дважды кивает. Склоняясь на одно колено, он раскладывает трон, а затем медленно пятится в самые колючки и замирает. Гарри оборачивается к озеру, подходит к самой воде и долго вглядывается в своё дымчатое отражение. По нему проходит рябь, и оно превращается в печальное женское лицо, которое с укором смотрит на Гарри. Гарри изумленно вскакивает.   

Гарри: Коня!!! Коня!!! О, где же звездочёт!  Он знает, что всё значит, наперёд!    

Прибегает испуганный конь. Гарри моментально взбирается на него и уносится прочь среди вороньего грая. Малаец целует перстень с треснувшим опалом, поднимается с колен довольный, садится на сухой ствол и начинает грызть вкусные ноги жареных кур, запивая из фляжки и сытно икая. 

Сцена 2

Башня с зарешеченными оконцами, защищенными серебряными распятьями и толстым слоем паутины. В центре комнаты стоит стол с телевизором. Уго слушает последние новости, одновременно то и дело поглядывая в телескоп, и напевает на мотив «Беса ме мучо»:   

«Бей меня! Бей меня лучше! Палку свою до конца об меня разломай! Ты же – ОМОН! Ты же всех круче! На вот тебе от нас всех, от нас всех каравай!»   

Робот-диктор:   «В последнее время участились случаи незаконных формирований на территории непризнанной демократической республики Приполярное Конго. В связи с этим рекомендуем воздержаться от поездок в эту страну вплоть до нормализации ситуации в этом чудесном краю, где уже были многие из вас, милые далёкие зайки…» Диктор блаженно хихикает, кладет голову на локти и закрывает красные псевдоглаза. «Вы бы знали, кисоньки, как меня всё это… ну, в общем, сами понимаете…»

Зевает и открывает один глаз: «Вы не против, если я посплю 15 минут, а вы пока поглядите на это. Баю-бай!»   

Глаз закрывается. Свет мало-помалу меркнет, и на экране возникает серая метель хаотически вьющихся мелких пикселей. Уго нажимает на кнопку пульта. Телевизор моментально вспыхивает синим пламенем и сгорает без следа. Вдали раздается звяканье шпор. Уго подходит к умывальнику, умывается, вытирает лицо, приглаживает волосы, одевает фиолетовую мантию с изящной арабской вязью и складывает ладони вместе так, будто он молится. Затем он спохватывается, подбегает к двери и слегка приотворяет ее для наследника. Едва он успевает вернуться к молитве, как в дверь раздается громкий властный стук. Уго закатывает глаза, шепчет: «Дебил!» и идет открывать дверь.   

Уго: Наследный принц! Охота удалась?   
Гарри:    Я видел духа, но не видел связь.  Скорей налей мне грогу, я продрог. В меня туман впитался ста дорог. Я что-то видел, слышал. Не пойму… Надеюсь, ты расскажешь, что к чему.   Уго:    Конечно, принц. Садитесь у огня.  И всё, что надо, разузнайте у меня.     

Гарри:   Итак, я шел за лисом по лесам. Вокруг происходили чудеса. Там был один! То воет, то вопит… Потом мы видели – на дереве висит   Фигура из тумана и огней… Казалось это очень странным мне. Я взял слугу и к озеру побрёл. И там виденье чудное обрёл.   Я видел женщину. Прекрасное лицо. Во лбу сияло лунное кольцо. Печальный влажный взор. Чудесный кончик носа. Но я к тебе пришёл с другим вопросом.   Я слышал колокольчик перед тем… Неси пожрать! Сейчас я вепря съем!   

Уго:   Один момент.   Нажимает кнопку на пульте, и из стены выезжает серебряный поднос с жаренными кабаньими ушами, репой и укропом. Посреди подноса стоят 3 чаши: для омовения рук, для сбитня и для соуса. И круглый каравай.   

Гарри:   Ты – ловкий сукин сын! Налей-ка и себе! Ты слышишь, как завыло вдруг в трубе? И то же – там! Потом вдруг всё застыло. И колокольчик зазвенел. И зазвенел так мило.     Четырнадцать звонов я насчитал. Всё тише, тише… А потом он перестал Звучать, и появилось то лицо! Откроешь смысл, я одарю тебя кольцом!!!       

Уго:   Посмотрим. То есть, надо посмотреть. Ведь серп Луны уменьшился на треть С тех пор, как вы отправились в поход. Покушайте пока, попейте. Вот.   Пододвигает к наследнику чаши.   

Гарри (с набитым ртом):   Смотри, смотри, а я пока поем. Затем я у огня посплю. Затем Ты мне расскажешь всё, что звёзды говорят. Затем умоюсь и пойду себе назад.    

Уго крестится и подходит к телескопу. Он несколько раз перемещает объектив туда-сюда, каждый раз делая пометки на пергаменте, а затем садится к столу и начинает считать, почёсывая павлиньим пёрышком за ухом под богатырский храп Гарри.   

Акт 2

Сцена 1

В тронный зал входит наследница Карлеман в фисташковом платье, подол которого несёт слуга Иван. Перед троном она останавливается и делает книксен.   

Карлеман:   Любезный батюшка! Мой брат ушел в поход. А мне так грустно, скучно, тошно, плохо! Вот.   

Король:   О, дочь моя, приди в мои объятья. Смотри не выпачкай в крови безбожной платье.   

Карлеман:   А что это?   

Король:   Казнили сарацина. Приплыл сюда на ялике, скотина. Вынюхивал и яд в колодцы лил. Сначала допросили. Всех спалил.   

Карлеман:   Вот оттого я, милый, и грустна! Когда ж от них очистится страна! Они же… Тьфу! Они же – бяка! Безбожник хуже, чем собака!!!   

Король:   А что там Гарри!? Почему у нас невесело ему? Куда его там чёрт понёс? Пока ведь нет для нас угроз.   

Карлеман:   Я очень беспокоюсь за него. То скачет он, не видя ничего, То молится, то плавает по дну. Меня оставив на брегу одну.   И постоянно он твердит еще о духах. Такая вот, отец, у нас житуха.   

Король:   Как явится, пусть спустится ко мне. А мне пора подумать о стране. Эй, слуги! Тряпки, швабры, поживей! Помойте пол для царственных друзей.   Я – Солнце! Солнце светит там, где хлад. Ему так хочется, чтоб всюду вырос сад: Эдем Европы. Кротости пример И доблести ревнитель, кавалер   Подвязки, орден Бани учредил, Где все так парятся, пока хватает сил. А всё к чему? Ты знаешь, Карлемаша?   

Карлеман: Чтоб процветало в Заполярье Конго наше!   

Король:   Ты - умница! Прелестное дитя. Тебя зачал я в тыща пятьдесят… Не помню… В замечательном году! Когда увидели косматую звезду,   И Уго этот с башни прокричал, Чтоб я скорей с маман тебя зачал, Что ты ворвешься в королевство как комета, Что станешь покорять всех силуэтом…   И тем прославишь маму и меня. Ну, всё, ступай. Подайте мне коня!   

Негр в леопардовой шкуре вводит под уздцы перепуганного коня. Ретивый конь встаёт на дыбы и опрокидывает стол так, что на чёрный трон проливается красное вино, образуя подобие пятен крови. Король раздражённо машет рукой и уходит куда-то вбок за занавес. 

Сцена 2

Покои Гарри. Горят свечи, тихо играет арфа за портьерой. Слегка пахнет благовониями. Гарри спит и храпит в такт музыке. На лице его играет блаженная улыбка, ноздри трепещут от смеха, он сжимает и разжимает кулаки, сражаясь во сне с врагами. И, видимо, побеждает.   

Гарри:   На, гад! На, сарацин! Кишки наружу!!! Привык я воевать в любую стужу! Когда мороз, то хочется рубить. Тем более, чтоб гадов победить!  

На цыпочках входит Иван в белой рубахе. Он тушит часть свечей, передает за портьеру чашу и поправляет одеяло. Внезапно Гарри вскакивает и хватает его за руку. Глаза его ещё закрыты. Он ещё на войне. Иван было дернулся, но обмяк от неожиданности.   

Гарри:   Смотри мне, сарацин. Не убежишь! От Гарри не скрывалась даже мышь! Я скор в решениях и на расправу! Недаром я как бы наследник Права!   

Иван:   Вы спите, и вам снится, что я – кто-то. А я – Иван. И я пришел работать.   

Гарри:   Крещёный?   

Иван:   А то как же!   

Гарри:   Сарацин?   

Иван:   Не угадали. Как там? 0:1.   

Гарри (открывая глаза):   Иван, ступай. Я очень плохо сплю. Когда тут ходят слуги, не люблю. Ты что пришёл?   

Иван:   Я свечи потушил. Укрыл вас. И арфистку напоил.   Простите, сэр. Спокойной ночи! Вот, кстати, то, что Уго напророчил.   

Гарри (оживленно):   Постой. Зажги еще свечей. Читай! И двигайся живей!   

Иван:   Один момент. Сейчас, сейчас. Ага. Он пишет: «Коли жизнь вам дорога, Немедля отыщите имя духа. Я трепещу. Выходит, что старуха…»   А дальше, сэр, пергамент съели мыши. Хотите ли изустно все услышать?   

Гарри:   Чеши. Да только поспеши. (зевает)   

Иван:   Он говорил, что есть у вас портрет. Его не видели в дворце уж много лет. Там женщина, что виделась в воде. Но он не знает, где портрет тот…   

Гарри (задумчиво):   Ну и где?   

Иван:   Не знает. Звёзды то не говорят.   

Гарри:   Вот для него кольцо. Ступай назад. 

Акт 3

Сцена 1

Покои наследницы. Карлеман сопит и усердно ищет платье для огромной золотой куклы в гигантском шкафу. Она забирается в него все глубже и глубже. Облокачивается на ветхую стенку и вдруг проламывает ее.   

Карлеман:   Ай, что это! Я чуть не провалилась! Но там ведь что-то было. Я там рылась, И вдруг рука прошла сквозь деревяшку! И тут, за ней, я вдруг нащупала букашку!   И взвизгнула. Но что же там такое! Какая-то картина тут в покоях. Иван, иди сюда! Иван! Иван!! Иван!!! Куда запропастился ты, болван!   

Иван выходит сбоку с полотенцем и умывальными принадлежностями на золотом подносе.   Карлеман:   Дурак! Не мыться! Двигать! Шкаф тягать! Да осторожно! На себя! Дурак! Нога!   Вот идиот. Теперь туда. Тащи. Там нет другой картины? Поищи!   

Иван:   Нет. Только эта. Я ее протру, И разглядите всё вы поутру.     

Карлеман:   Ну, нет. Тащи сюда свечей. Дай полотенце! Двигайся живей!   

Иван убегает.   Карлеман протирает картину полотенцем и всматривается в портрет при свете свечи. Внезапно она начинает плакать.   

Карлеман:   Ах, что это? Какая красота! И как печальна! Вместе с тем чиста! Как будто помирает от тоски! Как будто льётся звёздный свет с доски!   

Прибегает Иван с шестью подсвечниками и метёлочкой из павлиньих перьев.   

Карлеман:   Смотри, Иван. Шедевр! Знакомо это слово? Неси скорее к Уго. Я – корова! Такую проморгала красоту. Хочу узнать про женщину про ту.   

Иван бережно заворачивает картину в белую ткань и молча уносит.    

Сцена 2   
Уго уплетает утку. Унылыми утренними звёздами утыкана открытая в проеме обсерватории часть небосклона. Сквозняк ерошит пламя в камине, заставляя жуткие тени плясать повсюду. Раздается стук кольца в дверь. Входит Иван.   

Иван:   Я к вам явился, мудрый звездочёт,
Поскольку знать желает наперёд
Судьбу наследник Гарри, и ещё вот тут портрет.  
Бог знает, где лежал он столько лет.
Меня позвала её светлость Карлемаша, Сказала: «Это – к Уго.» Что за каша?   

Уго:   Поставь. Не видишь, ем я и вообще… Не хочешь ли отведать тёплых щей? Тебе понравится. Открой бутылку водки. Сейчас посмотрим, что тут за красотка!   

Иван:   Прекрасно. Я ужасно жрать хочу. И коли можно, я тут поторчу.   

Уго:   Давай, давай. И вот, скажи на милость, С чего б находка эта приключилась?   

Иван:   Случайность.   

Уго:   Нет уж. Провиденье. Подай-ка мне ещё печенья. И сливки. Молодец. Ну, дальше говори.   

Иван:   Она полезла в шкаф. И там, внутри…   

Уго:   В шкафу?   

Иван:   За ним.   

Уго:   Угу. Чав-чав. Ням-ням.   

Иван:   Там что-то треснуло, и это было там.   

Уго:    Дай полотенце. Поглядим. Ого! Она! Та, что тревожит Гарри. Чья жена?   

Иван:   Я думал, ты и сам про это знаешь?   

Уго:   Я лишь считаю. Всё не угадаешь. Сейчас ступай. Нет. Впрочем, оставайся. Давай, ещё для дела постарайся.   Вон, видишь столик? Тот, что весь в иврите? Протри и принеси. И раздобудь мне литий.   

Иван:   Сейчас. Сюда? А где лежит металл?   

Уго:   Не знаю. Я и сам его искал.  Пойдет и олово. Хотя бы эта ложка.  Так-так. Ты, парень, отойди немножко.   Уго рисует странные символы на столике, что-то шепчет на иврите, разжигает горелку и нагревает ложку на пламени, внимательно всматриваясь в раскаленные узоры на ней. Дождавшись появления нужного узора, он резко опускает её в сосуд с какой-то вязкой жидкостью. И вдруг над поверхностью жидкости начинает сгущаться марево.

В середине этого клуба химического тумана возникает печальное женское лицо и медленно шёпотом говорит Уго:   «Я – безымянный дух. Такой хочу остаться. В юдоль скорбей я не вернусь. Но, может статься, Я вашу участь тоже облегчу. Теперь смотри и плачь! Так я хочу!»   

Лицо пропадает и постепенно появляется морда говорящей собаки. Она облизывается и вкусным басом произносит:   «Вкуснейший укроп и полезный сельдерей – только в магазине Леви! Смотри, не прогадай!»   Вслед за тем появляется лицо самого торговца.   Это высокий сорокалетний мужчина с книжкой и корзиной. Он стоит на фоне модного розового автомобиля и гигантского голубого супермаркета. Видно, что он измучен Торой, но ещё крепок душой и телом.

Он широко улыбается, обнажая искусственные одинаковые зубы и заявляет:   
«Дамы и господа! На нашей славной родине дети болеют от цинги среди льдов, потому что у них нет нормального сельдерея и укропа! Или потому что они едят неправильный укроп и сельдерей! В течение 6000 лет мы искали для вас самое лучшее! Покупайте зелень и специи только марки «Леви и сыновья»!   

Уго дрожащей рукой крестит отвар прорицателей, в отчаянии закрывает лицо руками и горько рыдает. На сцене медленно начинает накрапывать дождь какого-то неясного цвета. Распространяется странный металлический запах. Свет гаснет. Звуки затихают.   

Опускается медленно тлеющий занавес, на котором из-за тления всё более и более явно проступают символы радиационной опасности. Изо всех дверей в зрительный зал входят люди в противогазах с собаками в намордниках и эвакуируют публику. Актёры тоже одевают респираторы и раскланиваются с теснимой к выходу публикой среди густых облаков дым-машины, то и дело простреливаемых жёлтыми и фиолетовыми лазерными лучами...


Comments 3


Однако..

16.05.2017 21:40
0

Моё детство прошло недалеко от атомного реактора, Никалаич.
Чёрный юмор финала объясняется именно этим.
Автор пьесы - мутант, который раньше записывал довольно мрачную музыку, а потом стал играть легкомысленный джаз. Так и тут. Легчайшая сказочная завязка, и полный пипец в итоге. ;)

16.05.2017 22:37
0

Где то я подобное видал..))

16.05.2017 23:21
0