Регулирование рынка криптовалют в Украине


Краткое исследование законопроектов

Фото:  Olga Kami 


Выскажу свое скромное мнение в связи с попытками введения регулирования криптовалют и криптовалютных рынков со стороны государства.

Сразу оговорюсь, что речь идет собственно о криптовалютах, таких как биткоин, эфир, даш, монеро и т.п. и не касается токенов и ICO.

В октябре в парламент Украины поступили сразу два законопроекта, касающихся регулирования криптовалютного рынка. Это законопроект «Об обращении криптовалют в Украине» авторства группы народных депутатов (Ефремова И.А., Денисова Л.Л., Котвицкая И.А., Рыбак И.П. и Войцеховская С.М.), а также законопроект «О стимулировании рынка криптовалют и их производных в Украине» авторства нардепа Рыбалко С.В.

Не вдаваясь в глубокий юридический анализ этих законопроектов, хотел бы отметить следующее.

Государства мира, не только Украина, впервые столкнулись с такой масштабной децентрализацией, как криптовалюты. Будучи по своей сути технологией передачи стоимости, которая не контролируется единым финансовым центром, криптовалюты, базирующиеся на публичном блокчейне, способны в долгосрочной перспективе заменить национальные деньги и привычное финансовое посредничество банков. Это создает угрозы государственной монополии на деньги и их оборот.

Проблема состоит в том, что криптовалюты, основанные на публичном блокчейне, особенно такие масштабные, как биткоин, невозможно контролировать и регулировать. Они построены на пиринговых сетях, не имеющих единого центра управления, а значит и отказа. Нельзя просто так взять и запретить криптовалюты! Для этого потребуется как минимум, отключить повсеместно в мире интернет и(или) электричество.

Вторая проблема состоит в том, что криптовалютные транзакции либо псевдонимны, либо полностью анонимны. И у государств нет прямой возможности контролировать эти транзакции. Отследить — еще как-то можно, но контролировать — нет.

Поэтому, любые попытки со стороны государства регулировать собственно криптовалюты, их эмиссию и их транзакции, обречены на провал.

Сам Биткоин, как система электронной денежной наличности, создавался как альтернатива нынешней финансовой системе, которая монополизирована и контролируется государством. С момента появления в 2009 году Биткоин находится вне правового поля и должен там оставаться.

Но, государство может регулировать сферу, в которой криптовалюты соприкасаются с фиатными деньгами, а именно — криптовалютные биржи и другие финансовые учреждения, которые оказывают услуги на криптовалютном рынке.

Оба украинских законопроекта устанавливают подобное регулирование, но регулятором выступают различные органы.

В законопроекте авторства группы нардепов (далее для удобства буду называть его законопроектом Ефремовой и Ко) таким органом выступает Национальный банк Украины. Вообще, согласно статьи 3 этого законопроекта, «государственное управление в сфере обращения криптовалют осуществляется Национальным Банком Украины».

Каким образом Нацбанк будет управлять и регулировать обращением криптовалют, мне непонятно. Не ясно это и из предложенного законопроекта.

Да и само определение термина «криптовалюта» в законопроекте Ефремовой и Ко говорит о, мягко скажем, не совсем полном понимании сути этого явления.

Цитирую: 

криптовалюта — это программный код (набор символов, цифр и букв), который является объектом права собственности, который может выступать средством обмена, сведения о котором вносятся и хранятся в системе блокчейн в качестве учетных единиц текущей системы блокчейн в виде данных (программного кода);

Я несколько раз перечитал это определение, но так и не понял, что хотели сказать авторы.

Во-первых, в этом определении смешивается два разных понятия — данные и программный код. Во-вторых, криптовалюта (если под ней подразумевается расчетная единица публичного блокчейна) уж точно не программный код, тем более являющийся объектом права собственности.

И таких ляпов в законопроекте Ефремовой и Ко множество. Это говорит о том, что парламентарии еще не готовы к пониманию сущности криптовалют и к разработке подобных законопроектов необходимо привлекать экспертов из криптосообщества.

Кстати, этот законопроект не устанавливает экономическую суть криптовалюты. Это что? Деньги? Актив? Товар? Или что-то другое?

В отличие от законопроекта Рыбалко, которым криптовалюта «для целей правового регулирования считается финансовым активом».

Но, вернемся к регулирующим органам криптовалютного рынка в Украине. Статьей 6 законопроекта Сергея Рыбалко предусмотренно, что государственное регулирование рынка криптовалют и деятельности профессиональных участников на нем осуществляет Регулятор.

Регулятором является государственный орган, осуществляющий государственное регулирование и надзор за деятельностью на рынках небанковских финансовых услуг на индивидуальной и консолидированной основе в пределах и порядке, предусмотренных Законом Украины «О финансовых услугах и государственном регулировании рынков финансовых услуг».

Согласно законопроекту Рыбалко, Регулятор не занимается управлением обращением криптовалют, как в законопроекте Ефремовой и Ко, а установливает организационные и правовые основы деятельности профессиональных участников рынка криптовалют; занимается лицензированием деятельности криптобирж и других финансовых учреждений, которые оказывают услуги на криптовалютном рынке; осуществляет котроль за их деятельностью и т.п.

Т.е. Регулятор не пытается вмешиваться собственно в обращение криптовалют, а осуществляет регулирование и надзор за деятельностью финансовых организаций, которые оказывают услуги на рынке криптовалют. И это я считаю положительным моментом законопроекта Рыбалко.

Оба законопроекта устанавливают государственное регулирование деятельности криптовалютных бирж.

При этом, под определение криптовалютная биржа ни в одном законопроекте не подпадает биржа, осуществляющая торги (фактически обмен) исключительно криптовалютами (без фиатных валют в парах).В законопроекте Рыбалко:

криптобиржа — юридическое лицо, имеющее статус финансового учреждения и предоставляющее все виды финансовых услуг на рынке криптовалют.

Поскольку обмен криптовалют в парах нельзя назвать финансовой услугой, то и криптобиржи, работающие без фиата, не попадают под это определение законопроекта.В законопроекте Ефремовой и Ко:

криптовалютна биржа — это организация, которая обеспечивает взаимосвязь между субъектами криптовалютних операций, обеспечивает обмен криптовалют на электронные деньги, валютные ценности, ценные бумаги.

А здесь нет обмена криптовалют на криптовалюты.

Оба законопроекта не обошли вниманием и майнинг.

В законопроекте Ефремовой и Ко майнингу посвящена статья 5, в которой меня привлек пункт 2:

Полученная в порядке части 1 настоящей статьи криптовалюта является собственностью майнера, и является объектом налогообложения.

Т.е. криптовалюта, полученная при майнинге сразу же попадает под налогообложение. А на каком основании? Ведь, как следует из определения этого законопроекта, «криптовалюта — это программный код, который является объектом права собственности». Разве программный код является объектом налогообложения? Вопрос риторический.

В законопроекте Рыбалко майнингу посвящена не отдельная статья, а целый «Раздел II. Меры по стимулированию деятельности по добыче (майнингу) криптовалют».

И здесь ничего о налогообложении майнинга, зато очень много о его стимулировании и поддержке со стороны государства — от формирования и реализации государственных, отраслевых, региональных и местных программ стимулирования деятельности майнеров, финансовая поддержка выполнения инновационных проектов в области майнинга до установления льготного налогообложения субъектов, осуществляющих предпринимательскую деятельность по добыче (майнингу) криптовалют, и других участников рынка криптовалют.

Но, есть и ограничения — статья 17 законопроекта Рыбалко устанавливает, что майнинг криптовалют вправе осуществлять исключительно физические лица и юридические лица, имеющие статус субъектов предпринимательской деятельности.

Также этой статьей запрещается майнинг с полным или частичным использованием вычислительных и других средств, принадлежащих третьим лицам, без согласия этих третьих лиц.

Краткие итоги:

  1. Предложенные законопроекты устанавливают разные органы — регуляторы рынка криптовалют в Украине. В законопроекте Ефремовой и Ко — это Нацбанк Украины, в законопроекте Рыбалко — государственный орган (Регулятор), осуществляющий государственное регулирование и надзор за деятельностью на рынках небанковских финансовых услуг, согласно закону Украины «О финансовых услугах и государственном регулировании рынков финансовых услуг».
  2. Законопроект Рыбалко определяет криптовалюту как финансовый актив. Законопроект Ефремовой и Ко вообще не определяет финансовую суть криптовалют. Согласно этому законопроекту, криптовалюта — это некий программный код.
  3. Оба законопроекта устанавливают регулирование деятельности криптовалютных бирж. При этом в обоих законопроектах под регулирование формально не подпадают криптобиржи, на которых происходит обмен между криптовалютами без участия фиатных валют в парах.
  4. Майнинг. Законопроектом Ефремовой и Ко предусматривается налогообложение майнинга по факту «добычи» криптовалют. В законопроекте Рыбалко вообще не упоминается о налогообложении майнинга. В то же время устанавливается ряд преференций для лиц, занимающихся майнингом. Но, при этом эти лица должны быть субъектами предпринимательской деятельности.

Комментарии 7


Чтобы читать и оставлять комментарии вам необходимо зарегистрироваться и авторизоваться на сайте.

Моя страницаНастройкиВыход
Отмена Подтверждаю
100%
Отмена Подтверждаю
Отмена Подтверждаю