Пройдя через пустыню


НАЧАЛО

Глава 8 « За спиной твоих желаний»

— Этого пожелала я. — Ответила Эллоида.
Мы с Ульхетом переглянулись, Ульхет как-то нервно пошевелил усами и сделал вид, что он тут совсем ни при чем.
— Вы бы там натворили дел … — продолжила Эллоида. — Они уже себе божка изваяли в виде … м-м-м, а впрочем, вот полюбуйтесь. — С этими словами Эллоида подошла к картине, висящей на стене, и, постучав по ней мечом, подозвала нас к себе.
Я внимательно смотрела на эту картину. И вдруг я увидела тот мир, в котором была раньше. Я увидела Зиккурат и существ, находящихся возле него. Потом Эллоида стукнула мечом по Зиккурату — изображение на картине тут же изменилось и увеличилось. Нам открылся вид на внутренние залы Зиккурата.
Одна зала была дивного убранства: вся в золоте и драгоценных камнях. Посередине залы находилась статуя огромного черного кота с золотыми глазами. Статую окружали ряды из горящих свечей, которые еще больше усиливали золотой блеск кошачьих глаз. Жрецы в золотых одеждах ходили вокруг кота и то падали ниц, то возводили руки к небу. Зрелище было восхитительное и завораживающее!
Краем глаза я наблюдала за Ульхетом. Вид его был еще более величавый, чем когда–либо: усы стояли торчком, глаза горели точно таким же блеском как у статуи, а голова была вздернута вверх, как символ власти и величия. Смотреть на него было так забавно, что, происходящее на картине меня как-то перестало интересовать, и я полностью переключилась на разглядывание Ульхета Сан Фирта Неотразимого. А он был, действительно, неотразим в своем величии.
— Ну-с…не такой уж и дикий этот народ, как нам казалось ранее. Мы-с весьма довольны, да-с…весьма …мы польщены, мы восхищены, мы-с одобряем, так и запишите!
Эллоида и Азабан повернулись к Ульхету:
— Ничего не скажешь? Одобряешь, говоришь? — переспросила Эллоида, и щелкнула пальцами по картине.
И нам, вдруг, стало понятно, что говорят существа.
— Прошу заметить, Го, — обратилась ко мне Эллоида. — Это не то, что они говорят, а то, что они думают! А это большая разница — думать и говорить, ты уже знаешь об этом.
Мне вспомнились мои мысли в кабинете Эллоиды, когда меня принимали в школу, и я сразу поняла, что думать и говорить — это совершенно разные понятия. Хотя, никогда раньше не задумывалась об этом, и никогда не думала о том, что наши мысли могут быть известны кому-то еще, кроме нас самих.
От мысленных желаний этих существ, в моей голове воцарился такой кавардак, что по началу разобрать ничего невозможно было. Но, когда я привыкла к этому состоянию, то желания этих существ, их мыслеформы мне стали понятны.
Кто-то дождя просил, кому-то жена надоела, кто-то мечтал о золоте, кто-то брата убить хотел из-за наследства, кто-то болел сильно и просил исцеления, кому-то нужна была власть, кому-то по нраву пришлась чужая жена, и избавиться он хотел от мужа-соперника, кто-то всего хотел и сразу. Мыслей было множество, но в основном они сводились к четырем простым вещам: власть, деньги, любовь и здоровье. Никто не хотел познания истины, никому не нужна была мудрость.
— Если они об этом думают, то, что они тогда говорят?
— Ну, они возносят хвалу богу и просят исполнения желаний. — Ответила Эллоида и, обращаясь к Ульхету, добавила:
— Слышите, Ульхет Сан Фирт Неотразимый, они требуют исполнения желаний у своего бога, то есть у вас. Почему ты еще здесь, а не выполняешь прихоти этих дикарей? — съехидничала Эллоида.
Ульхет обиженно глянул на Эллоиду, постучал лапой по картине и сказал:
— Слишком неясные цели и задачи. Да и частота с силой подачи энергии не та, так что извиняйте, мои дорогие, се ля ви. — Кот развел лапы в стороны. — Мы-с решаем только четкие задачи, где можно составить алгоритм дальнейшего развития, а неясные постановки и нерешаемые задачи, это вот, пожалуйте к Азабану.
Азабан посмотрел на Ульхета и, надвинув шляпу еще глубже себе на лицо, спросил:
— Это почему неясные постановки и нерешаемые задачи ко мне? Это не моя компетенция.
— Ну-с, уважаемый, так уж и не ваша? Как раз-таки ваша! Ваша-ваша и не отпирайтесь тут, мой друг. Стоит вам только снять шляпу-с …да-с…и посмотреть своими глазами — как задача сразу же решается…хм…хоть, правда, не в пользу решающего, но решение находится …так-то, стало быть, это ваша компетенция…мы-с знаем, о чем говорим! — Ульхет Сан Фирт поклонился в сторону Азабана и шаркнул почтительно лапой.
— А как находится решение в нерешаемой задаче, когда вы смотрите в глаза? — Я же видела глаза Азабана, и решения никакого не было, кроме обморочного состояния. Может быть потому, что я не поставила задачи?
— Я объяснить не могу. Могу показать, или пусть Эллоида объяснит. — Азабан пожал плечами.
— Может быть, для начала показать, потом легче будет объяснить? — Эллоида вопросительно посмотрела на меня.
— Можно и показать. — Согласилась я.
— Глаза являются проводником и связующим звеном между миром материи и миром энергии. Азабан является ограничителем потока материальной энергии. — С этими словами Эллоида, щелкнула пальцами по картине, и перед нами появилось существо, которое в храме перед статуей кота просило себе всемогущества.
Существо стояло в фиолетовом тумане и постоянно терло себе глаза. По всему его виду было понятно, что оно даже понять ничего не может, что с ним произошло.
Но, взглянув на картину, я увидела, что это существо все равно находится возле статуи кота. Оно как бы разделилось на две совершенно одинаковые сущности, одна из которых продолжала поклоняться божеству в храме, а вторая стояла теперь перед этим самым божеством здесь.
— Где я? — Спросило существо.
Ульхет Сан Фирт подошел к нему, довольно-таки близко, и сказал:
— Ну-с так…Мы-с услышали ваши мольбы. Мы-с хотим знать, чего конкретно вы желаете?
— Я? — Существо отшатнулось и оглянулось. — Где я? Как я оказался здесь, о боги!
— Чего просил несчастный? — Грозно спросил Ульхет, и шерсть встала на нем дыбом.
— Я хотел стать правителем всего лишь, — существо поклонилось. — Всего лишь всемогущим и всеми почитаемым правителем.
— Всего лишь. — Усмехнулась Эллоида.
— Всего лишь – это ключевые слова в его просьбе. — Кивнул головой Азабан.
Ульхет Сан Фирт как-то задумчиво посмотрел на Эллоиду и Азабана, обошел вокруг существа, зевнул, потянулся и произнёс:
— Хорошо. Желания должны исполняться, какие бы они ни были. — Ульхет завертелся волчком вокруг существа, а комната стала наполняться едким серо-голубым дымом. Я вновь почувствовала знакомое головокружение, которое предшествовало разным перемещениям в мирах.
Когда дым рассеялся, я увидела, что мы находимся внутри Зиккурата. Мы так внезапно там появились, что должны были шокировать своим появлением присутствующих, но никто не обратил на нас своего внимания.
«Наверное, все эти существа так поглощены своими просьбами и молитвами, что не видят ничего вокруг» — пронеслась мысль в моей голове.
— Не беспокойся — они нас не видят! — Шепнула мне Эллоида, как бы отвечая на мою мысль.
— Как не видят? — испуганно переспросила я Эллоиду, наблюдая в этот момент, как одно существо обошло меня так, как будто оно видело меня и старалось избежать столкновения.
— Это называется взаимодействие миров. — Пояснила Эллоида. — В точках, где они пересекаются, появляется энергетический барьер, который не пропускает чуждое тело в эту точку.
— А если тело не чуждое?
— Тогда существо сможет перейти из одного мира в другой, либо из одной точки пространства в другую точку, того же пространства. — Терпеливо пыталась мне объяснить Эллоида. — Это называется Ликримо - переход. Ты потом об этом переходе в школе узнаешь более подробно. Но в материальном мире есть некоторые ограничения. Например, существа этого мира не могут воспринять более трех измерений. Так что - будь спокойна - нас они не видят, потому что мы находимся за пределами трёх измерений.
Я кивнула головой Эллоиде, как бы давая понять, что поняла её, а сама решила подумать об этом позже, тогда, когда мне никто не будет мешать и отвлекать.
Поэтому я стала рассматривать существ, находящихся внутри Зиккурата. Диковатые они были какие-то. Все они были объяты страхом и чего-то боялись. Этот внутренний страх не давал им покоя. Я даже чувствовала, как они трепещут и сами боятся этого трепета.
«Интересно, откуда берется их страх? Где начало их страха, что его породило? — Думала я. — Быть может, они чувствуют здесь присутствие Азабана?»
Я обернулась к Эллоиде, чтобы спросить её об этом. Но в этот момент вбежал в храм один из существ и закричал так, что все остальные перестали бродить вокруг статуи кота, а замерли в ожидании чего-то.
— Великий Жрец умер! Умер! Умер! Жрец умер!
— Жрец умер! Жрец умер! Умер Великий Жрец! — Прокатился ропот между собравшимися в храме существами.
Я взглянула на существо, которое желало быть всемогущим, и увидела, как он вознес руки к небу и произнёс:
— Свершилось!
Я обернулась к Эллоиде за разъяснениями:
— Эллоида, как же так? Желания исполняются, даже тогда, когда они приносят вред остальным?
— Да, моя милая. Вот для этих случаев и создан Азабан – ограничитель материальной энергии. Просто посмотри, что будет дальше, я потом тебе объясню то, что не совсем понятно для тебя.
И я стала смотреть.
Всё кружилось и происходило очень быстро. Для меня это были мгновенья, а для существ этого мира – целая жизнь.
Великого Жреца возложили на приготовленное для всесожжения место и предали огню. Пока языки ритуального пламени лизали тело Великого Жреца, был подготовлен указ о назначении на эту должность нашего недавнего знакомца.
Потом произошла процедура посвящения в Жрецы, затем был организован пир. Потом жизнь потекла своим чередом. Я наблюдала, как менялась сущность нашего всемогущего Жреца, он становился тучным, глаза начали сиять каким-то непонятным желтоватым блеском, губы и лицо тоже начали блестеть, и чем сильнее становилась его власть, тем больше блестели губы и глаза. Народ трепетал вокруг него. Это было время культа Личности одного Жреца.
— Азабан, пришло время. — Сказала тихо Эллоида.
И вот, наш Великий Жрец, находился у статуи кота и просил еще большей власти. Он гладил статую между ушей и требовал усилить его власть, требовал расширить его, итак уже чрезмерно огромные, владения. Он предлагал жертвоприношения, он клялся выстроить храм, он готов был отдать всё, что у него есть, лишь бы только его власть и влияние еще усилились.
Сизый дым начал подниматься от подножия статуи, и из этого дыма вырос прямо перед Жрецом Азабан, в фиолетовом плаще, в широкополой черной шляпе с золотым пером, в перчатках – белой и черной, и золотой шпагой у левого бедра.
— Пришло время платить. — Хрипловатым голосом сказал он и, приподняв шпагой шляпу, заглянул Жрецу в глаза.
Желтый золотистый свет полился из глаз Жреца. И эта золотая дорога уходила прямо в глаза Азабану, пока не иссякла вся.
Появившийся откуда-то вихрь закружил Азабана, и фиолетовая пелена скрыла его от нас. А вместо него появилось другое существо того мира и воткнуло в спину Жреца кинжал. Жрец падал медленно и как-то слишком артистично: он заломил руки, потом у него подогнулись колени, и он начал оседать на пол, пытаясь разглядеть, почему с ним это происходит и кто стоит у него за спиной.
— О, боги! За что это мне? — спросил Жрец, лежа на полу в багровой луже жизненной энергии.
Так пролежал он довольно-таки недолго. Потом он пошевелился, помахал рукой, начал медленно приподниматься, как перед ним вновь появился тот, кто ударил Жреца кинжалом. Жрец как-то удивленно посмотрел на него, но не предпринял никакой попытки спастись от своего палача, а только произнёс:
— Как? И ты, сын мой, против меня?
Тот ничего не ответил, а только
сделал выпад навстречу жрецу и, вторичным ударом кинжала, обездвижил его тело навечно.
— Ну, вот и всё. — Подвела итог Эллоида. — Око за око, зуб за зуб.

ПРОДОЛЖЕНИЕ


Comments 3


@vik 100%

03.04.2018 09:06
0
03.04.2018 19:51
0