ПУБЛИЦИСТИКА. Вахта Памяти. 9-е МАЯ – Я ГОРЖУСЬ ТОБОЙ, ПАПА! И немножко о связи поколений. Часть 3


Здесь размещаются ваши публицистические творения - то, что по формату не является прозой. Это могут быть статьи на самые разные темы — о предметах и явлениях, о новостях и событиях. Вы, конечно, помните, что есть очень близкая по смысловой нагрузке "Свобода слова". На наш взгляд, рубрика "Публицистика" более спокойная. В ней нет той смысловой нагруженности, которая изначально заложена в словосочетание "свобода слова".


Часть 1
Часть 2



Фото – полковник Свиридов Иван Николаевич


Такой случай ещё был рассказан. Ночью сразу перешло в качестве парламентёров несколько румынских солдат. Сказали, что если они останутся живы, то на следующую ночь к нам перейдёт вся румынская рота. Условным сигналом трассирующими пулями румынам был дан ответ. Однако ни на следующую ночь, ни позже больше никто из румынских солдат не перешёл, так как в эту же ночь румынскую часть, как неблагонадёжную, сменили немецкими войсками и отправили на другой участок. Да и хрен с ними, – это я сейчас говорю.

В период наступления на территорию Румынии (это середина 1944 года), в основном, пришлось продвигаться по горным тропинкам. Поэтому самым мощным оружием были 82-миллиметровые миномёты и станковые пулемёты, которые перевозились на конских вьюках, но частенько и переносились бойцами их расчётов. Все остальные грузы, в том числе продовольствие и боеприпасы, также или перевозились на вьюках, или их несли сами бойцы. Поэтому питание – сухой паёк: сухари, сахар, соль, крупа или концентраты, и сало или копчёная сухая колбаса. Хорошо, что наступление проходило летом, и в горах было немало отар овец румынских помещиков. Их-то и использовали для горячей пищи, которую готовили сами.

Никакого сплошного фронта не было. Каждый полк, а то и батальон, продвигались по своему направлению самостоятельно. Переходы совершались по горным тропинкам обязательно с проводниками из местного населения. Эти горные переходы тоже очень сильно изматывали. Оно и понятно – горы – это не для жителей равнин. А марши под прикрытием сплошных лиственных лесов совершались и днём, и ночью. В дневное время, особенно после обеда, когда солнце пекло в затылок, нередко были случаи солнечных ударов, а в ночное время на высоких местах некоторые бойцы временно теряли сознание из-за недостатка кислорода. Эх, сколько раз об этом я вспоминал в Афгане, когда в горах днём – плюс 50, а ночью – минус 10, и нельзя костры разводить – стреляют по огонькам…


Такой случай был записан. Штаб полка с комендантской ротой и ротой автоматчиков двигался километрах в 20 - 30 впереди батальона, в котором папа воевал. После одного из переходов он расположился на ночной отдых и занял круговую оборону на одном из перевалов. Ночью на него наткнулась отступающая венгерская часть, которая двигалась по параллельной тропе, выходившей к этому же перевалу, расположенному недалеко от горного селения.

Завязался ночной бой. В темноте часть венгерских солдат была убита, часть получила ранения, а большинство разбежалось под прикрытием темноты в разные стороны. Человек 30 было взято в плен. И когда на следующий день батальон приближался к этому перевалу, то увидели, что навстречу движется необычная процессия: впереди безоружный венгерский солдат, за ним, верхом на лошади, с перевязанной головой и рукой, с автоматом на груди наш раненый сержант, а за ним послушно бредут человек 40 пленных венгерских солдат, несущих тяжёлое оружие: противотанковые ружья, ручные и станковые пулемёты. Один наш раненый сержант вёл в плен более взвода вражеских солдат!

Конечно, это было опасно. Но тогда был дорог каждый человек. А венгерские солдаты, в основном, крестьяне, понимали, что война уже проиграна и были рады, что для них военные мучения закончились и что, по крайней мере, они останутся в живых, чего нельзя было сказать о тех их товарищах, которые продолжали воевать против нас.

Поэтому они не только покорно шли за сержантом, но и всячески оберегали его, так как он был для них, по существу, пропуском в мирную жизнь. Одиночные венгерские солдаты, встречавшихся иногда на пути, просто обезоруживались и отправлялись в тыл самостоятельно.


Но лёгкие победы бывали не всегда. Ещё один случай. Противник пропустил нашу разведку и передовое охранение, а затем открыл внезапный огонь по колонне полка. Появились убитые и раненые, кое-кто поддался панике. Однако, в целом полк быстро развернулся из походного порядка в цепь, прочесал лес и двинулся вперёд.

Нередко приходилось по несколько дней вести тяжёлые и кровопролитные бои за ту или иную высоту. В одном из таких боёв погиб, поднимая роту в атаку под ураганным огнём противника, папин товарищ, который в то время уже был старшиной роты и коммунистом – старший сержант Аплеухин из Кемеровской области. Если бы только он один… После форсирования реки Тисса и, продвигаясь дальше, дошли до Чехословакии. Вот здесь в конце 1944-го папа был направлен на курсы младших лейтенантов и больше в боях не участвовал.


Интересный факт. Хотя в годы войны за многие города шли ожесточённые сражения, но, поскольку других населённых пунктов было гораздо больше, чем городов, то многим соединениям пришлось вести бои в основном не в городах, а вне городов, нередко за небольшие, но очень важные в тактическом отношении населённые пункты, отдельные высоты и другие пункты, которых, как говорят, "на карте не найти". Поэтому не случайно меткое солдатское творчество в своё время окрестило 38-ю стрелковую дивизию (в составе которой папа воевал, как, впрочем, и многие другие): "Чуть не Киевская, Около Винницкая, Мимо Жмеринская, непромокаемая, непросыхаемая, незамерзающая и несогревающеяся и т. п. стрелковая дивизия".




Про Румынию папа рассказывал такой дикий случай. После одного из маршей несколько человек, с папой в том числе, поместили отдыхать в один крестьянский дом. Пожилой хозяин дома в своё время участвовал в первой мировой, был в русском плену и немного помнил русский язык. Жена и дети вначале попрятались, но вскоре осмелели и завязался разговор. Они вместе пообедали, причём, в ход пошёл и солдатский паёк и хозяйские запасы, включая и мамалыгу. После обеда товарищи улеглись спать, а папа остался охранять их отдых.

Хозяин с хозяйкой, видя, что он был самым молодым и неопытным, решили узнать всю правду. Что такое колхозы, как они создаются, отбирают ли у колхозников скот и птицу, что имеется в колхозах, как организуется работа колхозников, как она оплачивается, как мы живём, что имеем, где учимся и т. д. и т. п. Отвечать на эти вопросы было легко – папа же деревенский. А после – такой вопрос: "Ты коммунист?"

Папа тогда был только комсомольцем и по молодости не думал вступать в партию. Но, понимая, что комсомол – это ближайший помощник партии, ответил: "Да, я большевик."
Хозяин перевёл хозяйке ответ, она заговорила на своём языке и приложила ко лбу указательные пальцы, изображая рога. Тут без перевода стало ясно, в чём дело: "Она не верит, что ты коммунист. У коммунистов, как у чертей, на голове имеются рожки, а у тебя их нет."


Погибать никто не хотел и об этом старались не думать. Парторг роты, сержант Волошин, уже немолодой человек, где-то в начале осени 1944-го, на территории Венгрии, спросил папу, молодого кандидата в члены партии и комсорга роты: "Какая награда в этой войне самая большая?" Папа посчитал этот вопрос пустяковым, и не задумываясь ответил: "Герой Советского Союза". Парторг посмотрел на него, как взрослый на ребёнка, и в задумчивой мечтательности сказал: "Дурачок ты. Самая большая награда в этой войне – это остаться в живых и увидеть, какая жизнь будет после войны".

Папа до войны и не думал быть военным. Он мечтал стать агрономом и растить хлеб для людей. Только война всё перевернула. В память о погибших боевых товарищах и понимая, насколько нужна армия, он в ней и остался. Курсы младших лейтенантов закончить не удалось, потому что по окончании войны их расформировали.



Но после войны он закончил военно-политическое училище (во Львове), затем московскую военно-политическую академию (с отличием) и двое курсов. Стал кандидатом исторических наук, получил звание доцента. Регалий много было, но это уже ко дню Победы не относится.



Вьетнам, обмен опытом работы


Умер папа рано – 18.11.1983 г. Всего в 58 лет. Он был дважды ранен – оба раза мелкими осколками цепляло. Но об этом почему-то я узнал в своё время от мамы по секрету – с условием, чтобы с отцом не было никаких разговоров. Осколки тревожили, не все были вытащены, и сердце не выдержало.



**
Надпись на пямятнике, конечно, мною написана.

Я очень горжусь тобой, папа.


Автор: @svibor
Редакция и публикация: @ladyzarulem
06.05.19


Pokupo-yoda2.png


Свежая статья Александра Стрелова ака @ivelon! Cпешите читать!

image alt

История перехода на светлую сторону бизнеса



---


_______

Мы на Steemit - https://steemit.com/@russiancommunity

_______


Comments 4


светлая память!!!

06.05.2019 20:13
0

100%!

Искренне ваш @fomka

08.05.2019 06:07
0

@fomka Спасибо, дорогой!

10.05.2019 15:57
0