Профе́ссия: Руфер


— Когда покорили первую вершину?
— Если не считать гаражи неподалеку от школы, то, наверное, где-то лет в 14. А была это восемнадцатиэтажка в городе Долгопрудном, в котором я проживаю и по сей день.

— Что заставило вас начать подниматься на такую высоту?
— Ключевое — это исследовательский интерес, так как город с высоты выглядит абсолютно иначе. Лажу по крышам в Долгопрудном и Москве я крайне редко. В основном занимаюсь руфингом только тогда, когда я приезжаю в новые города по всему миру, и тогда мне охота увидеть то, как выглядит город.

— Самая высокая точка, которую покорили.
— Скорее всего, Башня «Федерация» комплекса «Москва-Сити», когда там ещё был кран в момент строительства.

— Самый красивый вид. Где он был?
— Для красивого вида порой необязательно подниматься на крышу.

До сих пор, засыпая, я вспоминаю те моменты, когда я сидел на одной из гор в пустыне Вади-Рам (Иордания) и вглядывался в деревню вдалеке, а всё это действо происходило на закате.

Но если мы говорим про крыши, то, наверное, Иерусалим, вид на старый город на рассвете, вид с одного из небоскрёбов на ночной Гонконг тоже был весьма хорош и утренний Владивосток в тумане.

— В каких странах, кроме России, покоряли высоты?
— Европа мне не нравится, Европа мне надоела своим лоском и в какой-то степени однообразием, хотя многие со мной не согласятся хотя бы в плане архитектуры. Поэтому катаюсь я по странам третьего мира, но не только. Начнём с «нормальных» стран: Китай, Израиль, Сербия, Турция. А дальше идут уже Киргизия, Таджикистан, Узбекистан, Азербайджан, Грузия, Иордания и другие. Стран 15, думаю, за последние 2-3 года есть.


Введение в руфинг

— Как преодолеть страх высоты?
— На самом деле, я достаточно сильно боялся высоты всегда. И я от неё отвыкаю, то есть стоит мне не выходить куда-нибудь на крышу на протяжении хотя бы месяца, и уже начинает появляться страх. Поэтому в моем случае вопрос решила только постоянная практика.

— Тогда можете описать свои эмоции в тот момент, когда вы в первый раз поднялись на высоту или поднялись туда после долгого перерыва?
— Первый раз на прям уж серьезную высоту, которая меня впечатлила, поднялся на одну из башен «Москва-Сити» — башню «ОКО». Тогда я впервые на неё залез, посмотрел на Москву, посмотрел вниз, и всё это колоссальнейшим образом меня поразило, да и ноги затряслись. Но, конечно же, во мне играл чувство будоражащего восторга и полного удовлетворения.

— Как проникаете на объекты?
— Проникаю всегда по-разному. Если это какие-то серьезные объекты, то заранее готовится план, вплоть до того, что можно облетать территорию на квадрокоптере и смотреть, где будки охраны, камеры, входы, выходы. То есть всё очень детально изучается.

А иногда, даже на серьезные объекты, мы идём спонтанно, когда в нас просыпается дух авантюризма. Но всё это постепенно остается далеко в прошлом.

— Дайте советы, как правильно выбрать пригодные для руфинга постройки.
— В зависимости от того, каких целей придерживается человек. Если просто хочется посмотреть город, то желательно просто найти подъезд, где нет консьержки и где не нужно ничего ломать, т.е. дверь открыта. Но это, конечно же, бывает крайне редко.


Риски

— Были проблемы с правоохранительными органами?
— Конечно. Не все разделяют твоё желание лицезреть прекрасное, поэтому кто-то может помешать, на вполне законных основаниях. Например, сотрудники полиции. И такие случаи бывали неоднократно. Неприятнее всего было в Китае, когда нас раздели, проверили, нет ли у нас наркотиков, и потом запихнули в камеру, где мы просидели часика 4. А у нас всего-навсего не подходили отмычки, поэтому пришлось снять дверь с петель.

— Что вам грозило? Как избежали наказания?
— На четвертый час пришел какой-то следак, похожий на хипстера, и сказал: «Давайте, валите домой (отель)». Хотя мы ожидали, что, скорее всего, придется нам эту дверь чинить или что-то платить, но обошлось.

— В какой стране сложнее попадать на объект? Где жёстче работают правоохранительные органы?
— В России, в Гонконге. Гонконг хоть и Китай, но всё равно это отдельная экономическая зона. А сложнее, потому что руфинг слишком сильно ушел в массы, соответственно, и охранники всегда начеку при виде трёх парней с портфелями, и местные жители активно реагируют.

— Какое вообще наказание может быть за руфинг в России?
— Всё зависит от ситуации. Если ссылаться к законам, то есть статья 20.17 (нарушение пропускного режима охраняемого объекта. — Изнанка) — 300-500 рублей, а если режимный объект — 3-5 тысяч.

— Какие вещи обязательно должен носить с собой и на себе руфер?
— Всё исходит из потребностей. Есть люди, которые что-то снимают, стараются запечатлять момент, а есть те, которые ходят просто так. Так что насчет фотоаппарата и штатива очевидно, а насчет инструментов — кто-то носит универсальные ключи, чтобы беспрепятственно проходить в дом (ключи от домофона), у многих есть разводные ключи, чтобы ломать замки, а у кого-то отмычки (но это совсем редко бывает).

— Когда были ближе всего к травме или падению с высоты?
— Я старался всегда оценивать риски, поэтому вообще ни разу. Моё дело по большей части — разложить штатив и отснять закат. Да и на данный момент меня больше интересуют горы. Были моменты, связанные с падением, но не с крыши, а со скал. В Иордании я карабкался без страховки, ибо хотел отснять закат. Ещё на красноярских «Столбах» было очень скользко, лил дождь, я карабкался, но обошлось.

— Известны случаи гибели или серьезных травм коллег?
— Руферов, наверное, можно делить на две категории — людей достаточно сознательных, взрослых, кто карабкается ради того, чтоб снимать, и детей-подражателей. Среди второй категории, как показывают СМИ, гибели случаются достаточно часто. Среди первых зафиксирован, наверное, один случай года так 2011-го. Не помню, при каких обстоятельствах и как, но знаю, что парень относился к очень олдовой тусовке руферов.

— Были на негражданских объектах?
— Все полазки на негражданских объектах связаны, конечно, не с крышами, а со всевозможными подземными спецобъектами, что уже ближе к диггерам.

— Где, например, были?
— Конкретные места я называть не буду, но назову ГУМ, например, где на остальных зданиях куча ФСОшников (ФСО — федеральная служба охраны. — Изнанка). В общем, нас мгновенно заметили и мгновенно сняли, хотя многие залезали и оставались незамеченными. Но я успел сделать буквально один кадр.


Какие цели он преследует

 Занимаетесь руфингом только для красивых кадров?
— Красивые кадры в приоритете, но в приоритете и изучение города с высоты.

То есть, приезжая в новый город, я залезаю на крышу, осматриваюсь, так куда лучше ориентироваться и ясней картина. Тут и детальное изучение архитектуры и наблюдение за тем, насколько хорошо или не очень живут люди.

— Откуда любовь к архитектуре и изучению городов? Образование как-то связано с этим?
— Мама была архитектором. Я и сам какое-то время хотел, но вот как-то не сложилось. При этом любовь к архитектуре осталась. И в целом — это всеобъемлющая любовь к порождениям человека.

— Расскажите о самом интересном случае подъема.
— При подъеме на башню «Федерация». Нам пришлось лезть по лифтовой шахте. Это было достаточно опасно, но мы оценили риски и решили, что всё пройдёт успешно. В этой же башне мы кучу раз прятались от охранников во всяких трубах. Башня была уже наполовину сдана, где-то были офисы. И на каком-то этаже неожиданно выходит мужик. Мы подумали, что всё — нас приняли. В итоге подходим к нему и видим, что это обыкновенный клерк, да ещё и с фингалом. И как-то этот фингал нас сразу взбодрил, подумали, что парень нормальный и вряд ли будет нас сдавать. Не знаю, почему эта мысль пришла в голову, но как-то пришла. Мы с ним разговорились, он сказал, что и сам бы не против залезть, но сейчас на работе. И мы пошли дальше. Но всё равно встреча в 3 часа утра была очень странная.

— Альпинизмом не думали заняться? Или уже занимаетесь им на каком-то уровне?
— Альпинизмом занимаюсь, но никуда не хожу, в плане профессиональной подготовки. В основном всё происходит на любительском мастерстве и фарте.

— Что мечтаете покорить?
— Мечты, связанной с какой-то определенной крышей, уже нет, но не отказался бы ещё раз побывать на звезде одной из сталинских высоток, потому что это были ощущения несравнимые ни с чем.

— Насколько во время залаза вы уверены, что не сорветесь? И как вообще убедиться, что ты в относительной безопасности во время подъема?
— Интуитивное чувство. У кого-то она развито хорошо — у кого-то не очень, кто-то недооценивает — кто-то переоценивает. Я был уверен всегда, что касается крыш. Что касается скал, то тут уже много зависит от надежности.

— Зарабатываете как-то на руфинге?
— Только лишь реклама в интсаграме.

— Как относятся близкие?
— Близких, где-то к счастью, где-то к сожалению, нет. Поэтому не знаю, как относились бы. Тут уж предполагать смысла нет. Это не что-то крайне постыдное, чего можно было бы стыдиться перед усопшими.

— Стали бы вы заниматься этим, если бы не было возможность демонстрировать плоды своих трудов миру?
— Почти каждый нуждается в общественной оценке своих действий. Так что, скорее всего, нет. Вернее, стал бы заниматься, но это длилось бы не так долго.

— Как-то знакомы с «тусовкой» руферов?
— Да, общаюсь. Но тусовка достаточно многогранная, поэтому общаюсь с теми, с кем близки интересы, не касающиеся руфинга.

— Как физически готовились к подъемам? Насколько нужно быть физически сильным и как подготовить своё тело к такому?
— Я достаточно давно занимаюсь разными видами спорта, какие-то бросал, какие-то начинал, но как-то отдельно не готовился. Порой приходилось проходить по 70 или даже 90 этажей пешком.

— Пару слов для тех, кто хочет заняться руфингом. Есть смысл, если за этим стоит только желание выпендриться перед сверстниками?
— Самореализация в подростковом возрасте может быть достигнута разными способами, и вряд ли за этим может стоять только желание выпендриться перед сверстниками. Ключевое тут, скорее, потаённое желание к экстриму, адреналину. Человек должен быть предрасположен к острым ощущениям, если мы говорим о тех школьниках, которые свисают с краёв, дабы заполучить снимок.


Comments 2


@decha 100%
@vik 100%

13.04.2018 03:29
0