Server sync... Block time in database: 1565931969, server time: 1566370637, offset: 438668

Городские сказки: Геометрия близости по Шопенгауэру


В Квартире №0, что на шестом этаже старого пятиэтажного дома, жили Светлоглазая и Математик. И в целом они были самыми обычными на свете людьми.

Иногда Математик садился на поезд и ехал до самого Приморского Леса (а это очень и очень далеко), а потом — обратно. В дороге он читал книжку, пил компот из термоса, смотрел в окно и думал о том, почему некоторые находят противоречия в том, что так очевидно?

Разве нельзя одновременно любить своих друзей, приключения, истории и одновременно с этим иногда нуждаться в том, чтобы половину дня ехать в один конец, а половину ночи — в другой? Как будто сказать, что тебе нужно иногда проводить время без никого, — это то же самое, что ходить с плакатом "Терпеть Вас Всех Не Перетерпеть". Как будто радоваться одиночеству — это значит разучиться радоваться чему-то кроме него?

— Здравствуйте, — вдруг сказал кто-то в пустом купе, — вы случайно не математик?
— Здравствуйте, — сказал Математик и посмотрел вниз, себе под ноги, — совершенно не случайно, несовершенно вероятно. Так и есть. Но как вы догадались?
У грязных ботинок Математика стоял Ёжик. Самый обыкновенный лесной Ёжик с белыми пятнами на иголках. Такой, каких рисуют в азбуках.

— Вы читаете книгу, которую написал известный математик, и я решил попытать счастье, — ответил Ёжик. — Мне сейчас очень-очень сильно нужна помощь человека, который хорошо знаком с алгебраической топологией.

— Я вас слушаю, — кивнул Математик, хотя на самом деле помогать Ёжику ему не очень хотелось.
— Я слышал, что существует специальная теорема про то, как расчесать ежа**. Не могли бы вы рассказать мне о ней?
— Хорошо, — кивнул Математик и отложил "Алису в Стране Чудес", — эта теорема гласит, что не существует непрерывного касательного векторного поля на сфере, которое нигде не обращается в ноль. Проще говоря, причесать свернувшегося клубком ежа так, чтобы у него не торчала ни одна иголка, не получится. Поэтому у неё такое название.

— Не получится, значит? — Ёжик вздохнул очень горько и глубоко. —
Это не может не печалить.
Внутри Математика, лениво зевнув, проснулась жалость.
— Быть может, вы расскажете мне, что заставило вас задуматься о необходимости причесывания? — всё же спросил он, про себя решив, что если уж одиночество было сломано, как первый тонкий лед на лужице, то лучше, чтобы сломалось оно хотя бы не зря.

— Дело в том, — горько пояснил Ёжик, — что я влюблён. Однако Звёздный Архитектор оказался жесток ко мне и моей возлюбленной, создав меня — ежом, а её — воздушным шариком. Мы с ней не можем обнять друг друга, поскольку любое касание может привести к её трагической гибели. Пока торчит хотя бы одна иголка, риск слишком велик. Это бесконечно грустно.

Что мог знать Математик о Бесконечности? На самом деле, он знал о ней многое. И даже очень. И даже формулу. Но бесконечность — это такая штука, которую можно понять, только когда ты — Ёжик, который не может обнять воздушный шар. Наверное. Математик не был до конца в этом уверен.

— А про дилемму дикобразов вы слышали? — на всякий случай уточнил он. — Семейство дикобразов в холодный зимний день попыталось прижаться друг к другу, чтобы ощутить взаимное тепло. Однако, чем ближе они придвигались, тем сильнее кололи один другого иголками. Потратив некоторое время, замерзнув и исколовшись, они, наконец, нашли подходящее расстояние, чтобы чувствовать теплоту и при этом не причинять друг другу вреда.

— Я слышал эту историю, — Ёжик почесал маленькой лапкой лоб, — и думаю, что дикобразы такие же бессердечные сволочи, как этот ваш Артур Шопенгауэр.

"Как бы ты ни хотел изменить мир, останется хотя бы один человек, который останется прежним. Как бы ты ни пытался менять и гнуть себя, в тебе всегда будет что-то, что останется непреклонным, даже если тебе это совсем не нравится. Одной точке всегда будет наплевать на общий вектор. Одна иголка всегда будет торчать".

— Вы могли бы обниматься с ней, демонстрируя только своё мягкое пузико. — предложил Математик.
— Она же ШАР! Мы можем общаться лишь на языке геометрии. Если я не свернусь в клубок, она не сможет меня понять, — хмуро покачал черным н

осиком Ёжик.
"Вы идёте на большие жертвы, чтобы быть рядом с ней", — грустно подумал Математик, представил, как произносит это вслух, и промолчал.

Когда он вернулся домой, время перевалило за тёмный холм полуночи. В крышевые окна Квартиры №0 ярко светили вангоговские звёзды, закручиваясь в спирали. Светлоглазая рисовала на кухне, слушая звездную музыку, и казалась ни веселой, ни грустной, но собой.

— Знаешь, а я ведь люблю тебя, — сказал Математик почти с порога.
— Не знаю. Я ещё с тем поцелуем в щеку не разобралась, — ответила Светлоглазая, указав на Математика кистью. — Помнишь, ты внезапно поцеловал меня в щеку во вторник? Не торопи события.

Она о дилемме Дикобразов ничего не знала, но вместо того, чтобы то колоться, то замерзать, вопреки закрытости нашла место, где могла согреться. И Математик нашел его тоже. Так стоило ли двигаться дальше? Стоило ли сокрушать дистанцию до иголок? Математик глубоко вздохнул и подумал, что как раз сейчас ему, как назло, совсем не хочется быть одному.

Математик #Светлоглазая #сказка #городскаясказка #cityhaze #АнастасияКолесинская@cityhaze

Артур Шопенгауэр — немецкий философ. Один из самых известных мыслителей иррационализма, мизантроп.
*Теорема о причёсывании ежа. Является следствием теоремы о неподвижной точке, доказанной в 1912 году Брауэром.



Comments 1