CCCLXXIX. Богиня случая. Когда кино становится искусством


Продолжим разговор о том, как кино становится искусством, превращаясь из балаганного развлечения и аттракциона в самостоятельную сферу творческой деятельности.

Кинематограф достаточно быстро сделал серьёзную заявку на роль главного искусства, уже прошедшего, XX-го века. Отмечая это, невозможно обойти тех, кто его создавал, благодаря кому, спустя столетие, оно всё ещё держит наше внимание и является одним из основных объектов как поклонения, так и непрекращающихся яростных споров. И на этот раз мы вспомним режиссёра, который за свои 29 лет оставил в истории кинематографа один из самых заметных следов.

Снимать каждый фильм как последний

Жан Виго (полное имя — Жан Бонавентюр де Виго Альмерейда) родился в 1905, а умер в 1934 году, в Париже. Успел снять лишь четыре картины, две из которых короткометражные («По поводу Ниццы» и «Тарис, или плавание») и две полнометражные («Ноль за поведение» и «Аталанта»). Его жизнь увлекательна, стремительна и трагична, как и само зарождение кинематографа, олицетворением которого он, по мнению многих кинокритиков, и является. Сын анархиста, погибшего в тюрьме, провёл всё детство по больницам и санаториям, учился в школах-интернатах, из-за плохого здоровья не смог закончить учёбу в Сорбонне. А кино было его страстью, ему он и посвятил свою короткую жизнь.

Дебютный фильм, «По поводу Ниццы» (1930г.) был создан на деньги, полученные в наследство, хотя камеру затем пришлось продать. И этот и все остальные фильмы снял оператор Борис Кауфман, брат известного советского документалистика Дзыги Вертова.

«Голубое небо, белые дома, ослепительное море, солнце, цветы всевозможных оттенков, сердце, полное счастья: вот, на первый взгляд, атмосфера Ниццы. Но это только видимость города наслаждений, видимость эфемерная, мимолётная и проникнутая смертью» (из оставшихся бумаг Виго).

Съёмки велись скрытой камерой. Игры в мяч, гонки на автомобилях, прогулки на яхтах — кадры этих развлечений повторяются, создавая ощущение бесцельности подобного времяпровождения, пока не начинается маскарад. Тема маски и карнавала ключевая в фильме. Человек — маска, жизнь — карнавал, заканчивающийся смертью. Но и карнавал, в свою очередь, смехом и превращениями, побеждает смерть.

Уже в первой ленте Виго проявляет себя как мастер, приподнимающий завесу поверхности, кажущегося. Восторженно встреченная кинокритиками, но не получившая большого проката, «По поводу Ниццы» завершила эру немого кино.

Вторая, всего лишь девятиминутная короткометражка «Тарис, или плаванье» (1931 г.), менее известна. Но и она стоит того, чтобы её посмотреть. Мы за столь короткое время имеем возможность полностью погрузиться в сюрреалистичный образ водного мира «Короля воды», Жана Тариса, двадцатитрёхкратного чемпиона по плаванию. Молодой режиссёр, словно «купается» в стихии кинематографа. Он с наслаждением и азартом использует все, открывающиеся средства — замедляя-ускоряя кадры, пуская их в обратную сторону, приближаясь вплотную к мельчайшим деталям. Всё это и многое другое, а также финальное преображение героя — воспринимается как гимн новому искусству.

© _Кадр из фильма «Ноль за поведение»_

А вот третий, уже полнометражный фильм, «Ноль за поведение» (1933 г.) был запрещён цензурой и больше десяти лет пролежал на полке. Если первые два были документальные, то это первый игровой и, одновременно, во многом автобиографический. Бунт подростков, воспитанников интерната, за небольшой проступок, не отпущенных в воскресенье домой. Но это не просто сатира, это игра(жизнь) на грани абсурда. Гротескно изображённые преподаватели и директор школы, вызывают справедливый вопрос — как такие могут воспитывать, чему в состоянии научить, и как им возможно подчиняться? И не зря многие называют кинематограф — Великой Иллюзией или Миром Сновидений. Весь бунт подростков, нарушение устоявшегося порядка, обожествлённый ими хаос — возможно лишь их воображение, мечта. Реально ли происходящее — так и не становится ясным, вплоть до последних кадров, когда мальчики ползут по крыше к свету. Но учитывая, как картину восприняла цензура, можно заключить, что происходившее в ней более чем реально. Да и влияние, которое она оказала и на кинематограф в целом, и на таких режиссёров как Луи Маль, Федерико Феллини, Франсуа Трюффо, невозможно отрицать.

Очарование реальности

И наконец главная кинолента Виго, которую он даже не смог сам закончить, и умер вскоре после премьеры — «Аталанта» (1934г.).
«Каждую картину нужно снимать так, будто она последняя» (Ингмар Бергман), а 29-и летний режиссёр, действительно, снимал свой последний фильм и часто руководил съёмкой, лёжа в постели. Надежда на чудо теплилась в душе смертельно больного, но чуда не произошло, если не считать чудом светлую, прозрачную, жизнерадостную «Аталанту».

Очарование — вот что испытываешь, когда смотришь этот фильм. А в нём нет особых красот — длинных панорам реки, бесконечного пространства, залитого восходящим или заходящим солнцем. Даже Париж оставляет ощущение скромности…и тем не менее, первое чувство, которое находишь в себе после окончания фильма — это очарование. А «очарование» сложно поддаётся анализу. И всё же.

Сюжет предельно прост: капитан «Аталанты» Жан женится на крестьянке Жюльетте, но вскоре Жюльетта, недовольная однообразной жизнью на корабле, уходит в город (Париж-Париж!), и разгневанный Жан отдаёт приказ к отплытию. Затем он погружается в тоску и даже едва не решился на самоубийство, от которого его спасает верный папаша Жюль, возвратив девушку на корабль.

Но ни анализ элементов сюжета, всех линий взаимоотношений, ни определение идеи или вычленение мотивов, не ответят на вопрос — отчего рождается очарование. «Аталанта» вызывает щемящее чувство реальности, но ни в одном эпизоде ты не испытываешь неприятия или отвращения. В фильме есть плоть, но нет грязи. Жан Виго, видимо, обладал хорошим обонянием.

© _Кадр из фильма «Аталанта»_

Реализм заключается не в канцелярской точности, а в проникновении в суть вещей, в проявлении их смысла. Весь фильм состоит из очень коротких планов, нанизанных как бусинки на невидимую, но прочную нитку. Событие должно ещё родиться, это не есть некий данный факт, который можно просто отпечатать. Событие рождается из столкновений множества мелких событий, которые у Виго «выражают конкретность и неповторимость реального факта» (Андрей Тарковский). В фильме нет ничего придуманного, сверхъестественного, вся его, так называемая, поэтичность рождается из непосредственного наблюдения над жизнью. И поиски Жюльетты в воде, когда мы её видим в подвенечном платье, и параллельный сон — всё это передано через реальные образы. В «Аталанте» отсутствует символика — то, что может быть расшифровано, образы в фильме конкретны и бесконечны в своей плотской, физической реальности. И не важно, что это — снующие по каюте кошки, забирающиеся то на «брачное ложе» то в трубу граммафона, или кукла папаши Жюля.

Если познакомиться с произведением, которое легло в основу фильма (повесть Риера Гишена), мы увидим два разных произведения. Виго уходит от схематичности, в этом сила фильма и, одновременно, трудность для восприятия. Он требует предельной внимательности, открытости и заинтересованности, а также непредвзятости. Все эти качества так редко встречаются у массового зрителя, воспитанного на второсортных комедиях, вестернах и мелодрамах. Лишь гениальному Чаплину удалось снискать любовь как простого зрителя так и интеллектуалов.

О влиянии фильма «Аталанта» на кинематограф посвящены целые исследования. Скажу лишь, что он входил и в сотню лучших фильмов и в десятку. А в числе своих любимых фильмов его называли: Зигфрид Кракауэр, Жан Люк Годар, Юрий Норштейн, Эмир Кустурица, Джим Джармуш…

Это только кажется, что достаточно включить камеру, ничего не придумывать, и жизнь такая, как она есть, появится на экране. Но в этом случае на экране появится лишь нечто бесформенное. К тому, что есть, каждый художник находит свой путь, что в итоге и является его и только его стилем, представлением о реальности. А насколько ему удалось выразить нечто существенное, говорит реакция зрителей, хотя часто она больше говорит о самих зрителях. Нужно время, чтобы всё стало на свои места.

Жан Виго жил интенсивнее многих художников, ему не пришлось годами ждать своей очереди, не пришлось снимать коммерческие фильмы, поэтому он видел то, что не видели другие. А мы видим, на примере его фильмов, как кино наконец-то становится искусством.

Автор: Андрей Жаровский @anjar


Если вы желаете попробовать свои силы в качестве нашего автора, то стучитесь по любому из представленных контактов.
Также любой может свободно использовать тег chaos-legion. Посты по этому тегу просматриваются и имеют все шансы быть апнутыми нашим паровозиком суммарной мощностью около 2 000 000 СГ.

Контакты

Чат Легиона Хаоса в телеграм: Scintillam
Личка в телеграм: varwar, lumia, dajana
Тег: chaos-legion


Sequere nobis. Nos scientiam

@chaos.legion


Комментарии 9


Чтобы читать и оставлять комментарии вам необходимо зарегистрироваться и авторизоваться на сайте.

Моя страницаНастройкиВыход
Отмена Подтверждаю
100%
Отмена Подтверждаю
Отмена Подтверждаю