Истории. А В НАШУ ГАВАНЬ ЗАХОДИЛИ КОРАБЛИ...


Я вернулся в Порто Пойенца в то время когда хозяин Casa Conejo ставил сигнализацию в своем заброшенном доме. До сих пор пока я находился в Пальме, Джими продолжал жить на ранчо, где некогда, обитал целый сквот. После того как всех разогнали, мой друг решил, что его одного не будет заметно на окраине городка. Однако курсирующая полиция увидела, как из заброшенного дома вышла Сильвия, навещавшая время от времени бродягу Джими. Все копы Порто Пойенца знали “пиратов” в лицо и при встрече с участием интересовались их делами.

На Майорке народ достаточно расслаблен и без серьезных причин никто никому не создает проблем. Мастера возились с сигнализацией а Джими спокойно собирал вещи. Теперь он переселялся в хипарский сквот в бухте Кала Баркес, а я надеялся найти какую нибудь лодочку чтобы жить на “Астрид”. Но пока мне пришлось довольствоваться номером в заброшенном четырехэтажном отеле, возле спота где тусовались кайтеры. Ночью, от сквозняка на всех этажах хлопали двери - это был настоящий отель с призраками. Но еще менее приятно было то, что в этом неуютном месте в окружении еды с ресайклинга я чувствовал себя самым что ни наесть настоящим бомжом. Хотя кайтеры заметившие однажды присутствие одного постояльца в отеле при встрече со мной не отворачивали носы, а наоборот, шли на контакт и угощали марокканской махоркой.

Уезжая в Кала Баркес Джими оставил для меня собранный на ресайклинге велосипед. Это был подарок что надо! Остров фактически создан для велосипедистов и окутан сетью велотрасс с прилегающими к ним садами апельсинов или других одиночных фруктовых деревьев. Шелковица и мушмула как раз поспели. Моим любимым ралли был ночной бросок из Пальмы в Порто Пойенца. Его протяженность составляла около семидесяти километров по равнине через весь остров. В ночное время не жарко и проносясь мимо маленьких аутентичных деревушек можно почувствовать себя ночным гонцом или черным всадником. Я объехал почти весь остров и мне кажется, немного шокировал “заряженных” до самой каски немцев своим свободным стилем.

Имея велосипед я мог чаще навещать своего друга в Кала Баркес. В отличии от туристов пенсионерского возраста в Порто Пойенца, хиппи в Кала Баркес чаще всего валялись на пляже голые. По преданию, маленький домик и земля вокруг, где сейчас расположен сквот принадлежала когда то фермеру. Он и разрешил жить на ранчо всем кому захочется. В этом месте у Джими гостила подруга из России, которая путешествовала в то время по Испании на Джимином велосипеде. Улетая из Пальмы она оставила Джими его двухколесный транспорт, но кажется, мой друг крутил педали только до ресайклинга.

Со статьей для яхтенного журнала произошла забавная история. Для покупки гаджета брат Костя перевел мне деньги на кредитную карту где был арестован счет. Но я продолжал писать статью в библиотеках и в итоге она была готова к сроку. И когда я отправил статью редактору журнала она просто потерялась. В том смысле, что редактор перестал выходить на связь, хотя девушка была живая судя по ее активности в соцсети. Это было немного обидно, но я еще более утвердился в том, чтобы писать книгу. Мне помогла Женя Казачкова, русская эмигрантка на Майорке, она подарила свой планшет. Спасибо большое, твой планшет еще долго служил мне и только случайно потерялся в хостеле, в Тель Авиве проделав не маленький путь и повидав немало крутых приключений. Особенно мне нравилось приложение с картой звездного неба.

Была середина лета, наконец, мы с Джими дождались суда. Все произошло очень просто. Мы не видели потерпевшего и вообще, все время сидели в коридоре и общались с переводчицей. В какой то момент появилась адвокат и сказала, что если мы со всем согласны, то дело завершится прямо сейчас и потом, остается только уплатить штраф в размере семисот евро на брата. Мы с другом обрадовались, что нас не посадят в тюрьму и Джими даже выдал судье плеяду слов благодарности на испанском языке. Заранее готовился проныра. Штраф мы так и не заплатили.

После суда возникло ощущение, что пора уже двигаться дальше. В бухте появлялись разные яхты. Немного побыв на якоре они исчезали за горизонтом, а наша “Астрид”, казалось, уже начала прирастать к мелководному дну гавани. Однажды мы с Джимом увидели на рейде типичную русскую ладью из старой сказки. Такая штука была построена в Петрозаводске и управлялась всего двумя людьми. Это мы узнали побывав на посудине в гостях. Отмечу, что кроме капитана-судовладельца, на ладье был в помощниках военный капитан 1 го ранга в отставке и святые мощи адмирала Ушакова. Я конечно же приложился к мощам чтобы почивший давным давно адмирал придал мне силы в предстоящем походе.

- Нужна цель и надо к ней двигаться - дали совет земляки.

Ладья переждала шторм и взяла курс на Гибраалтар, а дальше во французский Брест на фестиваль. А мы с Джимом проводили моряков и стали ремонтировать нашу красотку. “Астрид” была в плачевном состоянии и скажу честно, когда мы прикидывали тот минимум, чтобы иметь возможность чувствовать себя в безопасности в открытом море, у нас опускались руки. Мы никак не могли найти деньги чтобы поднять яхту и отремонтировать течь. Кроме этого у нас уже не было нормальных парусов и такелажа. В итоге, все что мы смогли сделать это завести двигатель и кое как приладить скрутку с огромной, но рваной генуей.

Джими стал открыто выражать свое недоверие ко мне как к Капитану. Акела промахнулся! Что поделаешь, в такой трудной ситуации претензии друг к другу росли как на дрожжах. Джиму казалось, что я ничего не предпринимаю и тину с ремонтом. Меня тоже раздражала позиция при которой он клал всю ответственность за происходящее на меня и заявление что вернется в Россию, если не увидит каких то решительных действий, которые могли бы доставить его попу на Ибицу как это бывало раньше)))


Comments 0