Вектор времени (Часть 1.65. Весть из прошлого)


Во всем преуспеть дано не каждому. Но успех приходит только с самосовершенствованием и решительностью.    Мотивация студентов Гарварда  

Денис уился действительно прилежно, как никогда раньше. 

Весь учебный процесс был организован как в каком-нибудь военно-учебном заведении, но при строгом требовании дисциплины никто и никогда не покушался на его свободу. Таким образом, учеба и свобода должны были стать и стали осознанной необходимостью для Дениса.

За полтора года он уже довольно сносно разговаривал на немецком и английском языках. С утра и до вечера он практически никогда, за исключением занятий и работы в городе, он не слышал русскую речь. Даже новостные телепередачи по российским телеканалам он смотрел и слушал в записи, сообщения которых в течение дня дублировала и записывала Ульяна Генриховна. Кроме того, она «факультативно» занималась с Денисом по изучению диалектов и наречий сначала в немецком, а затем в английском языках.

Она же, если можно так выразиться, вела курс немецкой, английской и американской литературы, требовала от Дениса, чтобы он много читал, как на русском, так и на иностранных языках.

Игорь Вячеславович вел более обширный курс «домашних» дисциплин. Оказывается, он был большим специалистом в отечественной и мировой истории, философии и только ставшей тогда модной науки политологи, и Денис часто заслушавшись его рассказов, забывал делать необходимые пометки в тетради, за что, конечно же, и получал низкие балы.

Не забывал, конечно, Трофимов и русскую литературу и язык; диктанты, изложения и сочинения парень писал каждую неделю.

Экономические дисциплины преподавал старенький бухгалтер, который, как оказалось, читал высшим руководителям Советского Союза и коммунистической партии специальный курс по западной или рыночной экономики. Кстати, когда Денис мог уже сносно разговаривать по-немецки, он тут же, по указанию Ульяны Генриховны стал вести свой предмет на чистейшем немецком языке.

Но самыми интересными, конечно же, были специальные науки. Трофимов объяснил парню, что для того, чтобы наиболее эффективно бороться против всей нечисти, заполонившей страну, необходимо не только владеть в достаточной степени оружием и уметь расправляться с негодяями, но и главное обезопасить себя, не дать им выиграть это сражение, схватив тебя. Этому и должны были служить специальные дисциплины.

Основу их давал Игорь Вячеславович, а на практике каждый навык, каждое движение отрабатывало еще много человек. Практически все они были преклонного возраста, но практиками они были высочайшего класса. Чему только его здесь не учили: он мог выявлять за собой «хвост» и сам вести скрытое наблюдение за объектом, подбирать места встреч и явок, пользоваться конспиративными адресами и телефонами, рассчитывать заряды взрывчатки для уничтожения зданий, техники и людей, метко стрелять из многих видов оружия, использовать и самому разбираться в различных видах связи, умело водить автомобиль, незаметно проникать в любое помещение и проводить там обыск. Недоумение вызывала необходимость заниматься актерским искусством и изучать правила игры в покер, преферанс, бридж, теннис и гольф.

Очень нравилось Денису заниматься автоделом. Оно также относилось к специальным наукам и заниматься такой дисциплиной ему было интересно, тем более, что он на «отлично» закончил первый курс столичного автодорожного института.

Для занятий автоделом он ходил в одну из частных автомастерских, которых довольно много развелось в столице этой республики. Хозяин мастерской был сыном одного из знакомых Трофимова и с удовольствием взялся за обучение парня. 

Сначала он изучил устройство всевозможных марок автомобилей, которые ремонтировались или проходили технического обслуживание в мастерской. Следующим этапом было обучение всем видам ремонта автомобилей. Самым интересным был заключительный этап учебы, во многом связанный с будущей профессией Дениса — это проектирование автомобилей. 

Но было оно несколько своеобразным. Денису ставились исходными необходимые тактико-технические характеристики требуемых автомобилей, но оболочка, то есть кузов должен был быть от серийной советской или российской машины. Юноша рассчитывал, какие необходимо провести доработки кузова и какие детали и агрегаты машины приобрести.

Так родилось его первое «детище» — «жигули» - «копейка», то есть первая модель Волжского автомобильного завода. С виду — типичная старая, в некоторых местах ржавая, но давала фору многим иномаркам. Когда Денис вместе с хозяином автомастерской и Игорем Вячеславовичем впервые выехали прокатиться на «новом» автомобиле, то один из местных лихачей на шикарной и мощной машине, обогнав «копейку» и показав оттопыренный средний палец рассказывал что-то веселое своей белокурой спутнице, указывая на старый «жигуленок», Денис, включив какие-то тумблера и рычаги, с легкостью обошел наглеца и по шоссе на протяжении десяти километров так и не дал ему шансов даже приблизиться к себе.

Когда они остановились для разворота обратно в столицу мимо них на медленной скорости проехал этот «джигит», которому уже не было никакого дела до своей очаровательной спутницы, хотелось лишь одного — вылить поток ругательств на такого «наглеца» как Пересветов.

Трофимов остался довольным трудом Дениса, но сделал несколько замечаний — они большей частью касались некоторых особенностей машины, связанных с маскировкой и со скрытием ее технических возможностей от постороннего глаза.

Эту машину они договорились после доработки передать одному знакомому Трофимова для выполнения важного задания, сути которого Игорь Вячеславович не раскрывал.

...А через неделю в автомастерскую по распоряжению Игоря Вячеславовича доставили снегоход, который они со стариком Исмаилом спрятали в горах больше года тому назад, а также еще пять таких же машин, которые старик с помощью Гибоя и его детей достали из-под снега. Всех погибших при этом они похоронили в горах, а документы передали Трофимову.

Еще раньше Игорь Вячеславович передавал новости от горца. Без Бека старику стало трудно управляться с собаками, и он решил использовать технические новинки бандитов. Но для гор они были слабосильны и Денис с удовольствием согласился помочь Исмаилу.

Также он сообщил, что в горы еще раз наведывались бандиты, а проводником у них был все тот же Роин. Второго уцелевшего нигде видно не было — скорее всего этот «Иуда» все таки его перехватил в горах и уничтожил. Достать Исмаила им опять не удалось, хотя на этот раз обошлось и без жертв, и они ушли назад.

Тогда опасность пришла с другой стороны, а именно с воздуха. В это время уже вовсю шла война на Северном Кавказе и над горами разворачивались и ложились на боевой курс штурмовики и бомбардировщики. Старый Исмаил в это время уже не жил в своем «имении», а вместе с Гибоем доставали из-под растаявшего снега разбитые снегоходы и другую технику; людей он похоронили раньше.

Когда они сидели на склоне ледника и готовили себе обед из продуктов немецкого склада, увидели, что от летевшего на низкой высоте звена штурмовиков отделился один самолет и сделал круг над ледником, где располагалось «имение». На втором круге летчик выпустил две управляемые ракеты по хижине старика — это они уже видели, быстро поднявшись на вершину скалы. На третьем заходе штурмовик уже стрелял из пушек и пускал неуправляемые ракеты.

Видимо, летчик был подготовлен хорошо, потому что уже после первых пусков ракет от «имения» практически ничего не осталось, а сорвавшиеся со склона камни, лед и снег вообще ничего не оставили от бывшего жилища Исмаила.

— Что ж это делается-то? — спросил Гибой.

— Не волнуйся о доме! Сейчас идет война и летчик, по всей видимости, принял постройки за укрытие участников незаконных фмр.., формр..., фирмар..., ну, в общем, за противника — никто же не знает, что здесь живут простые люди.

Старый горец лукавил — он поднялся на вершину раньше своего товарища и ясно видел три зеленые ракеты, пущенные в направлении «имения».

— А если бы мы были дома? — не унимался Гибой.

— Не были бы там! После смерти Арслана я решил переселиться в пещеру на склоне Шайтан-горы, а дом отстроить попозже.

— Все равно не понимаю, зачем ему понадобилось здесь бомбить?

— Это вина не летчика, а того, кто его сюда направил! — подвел итог происшествию Исмаил.

— Ох, темнишь, Исмаил-ага, но это мое дело. Давай свою работу выполним, а разговаривать потом будем.

Потом они еще целый месяц стаскивали свои находки с гор и переправляли в столицу республики...

Дениса очень волновала судьба сестры, но донимать постоянными вопросами Игоря Вячеславовича он не хотел. Понимал, что, если бы старик имел бы какие-то известия о Марине — хорошие или плохие — тут же сообщил, и они обсудили бы, как поступить в этом положении дальше.

— Ну вот, и закончилась для тебя основная часть учебы — теоретическая. Пора приступать и к практической, — констатировал Трофимов после осуждения в семейном кругу успехи Дениса.

Парень и сам это уже понимал. В последнее время в доме, в разговорах, на занятиях царила какая-то торжественная и в то же время напряженная обстановка...


p>

  Продолние следуедует...  


Comments 1