Вектор времени (Часть 1.17. Весть из прошлого)


  Русский - тот, кто любит Россию и ей служит! Петр I  

Немного отдохнув после ужина, Денис направился к себе на работу. Подходя к гаражам, где размещалась автомастерская Викентьича, он еще издали увидел, что в автомастерской произошло несчастье. Из ворот боксов, где стояло оборудование и ремонтировали машины, валил дым. Кругом носились люди, владельцы соседних с автомастерской гаражей, таскали воду из противопожарных бочек и тушили горевшую в боксе у Викентьича машину.

— Что случилось? — спросил Денис у пробегавшего мимо дородного дядьки с буденовскими усами.

— Да, хулиганье, вроде тебя, Викентьичу в гараж бутылку с зажигательной смесью бросили. Прямо в машину клиента попали. Но это ничего! Осталось бы здоровье, а машину Викентьич сделает, лучше новой будет!

— А с Викентьичем что? Жив?

— Жив-то он жив, да уж сильно его, бедолагу, побили, а за что никто не знает — широкой души человек ведь! Его скорая в Склиф отвезла, а мы с одним из его подмастерьев, Григорием, пожар тушим. Давай и ты включайся в работу, а то как бы не перекинулось на гаражи, и пожарные что-то задерживаются, никогда их вовремя не дождешься, — мужик, бурча себе под нос, побежал к пожару с ведром воды.

Через минуту, завывая сиренами, к гаражам подкатили пожарные машины. С огнем пожарники справились за пять минут, залив его пеной. Затем вместе с подоспевшей опергруппой милиции составили протокол укатили в депо. Молодой оперативник, переписав все анкетные данные Григория и Дениса, приказал им быть завтра утром в отделении на допросе.

Григорий сказал, что заночует здесь же в гаражах у приятеля, да и за автомастерской присмотрит — ведь оборудование-то цело, сгорела лишь одна машина, да и то только салон. Денис сказал, что зайдет за ним рано утром, принесет чего-нибудь перекусить, и они вместе пойдут в милицию к следователю. На том и расстались.

Подходя к дому, Дениса кто-то окликнул по имени. В сумерках он не видел этого человека, но голос показался знакомым. Из темноты к нему вышел их участковый. «Что ему надо в такое позднее время?» — подумал с тревогой юноша. Участковый был одет в форму, подпоясан портупеей, на которой болталась кобура с пистолетом. В руках он держал старую потертую кожаную папку, с которой, находясь на службе на своем участке, не расставался никогда. Денису показалось странным экипировка милиционера, которого никто и никогда не видел опутанного ремнями и с оружием.

Участковый был высоким худым человеком лет пятидесяти с сероватым лицом, лысоватым, полуседым, с глубокими морщинами на лбу и щеках. Патрулируя свой участок, он всегда был в форме, правда, старого образца и никогда не брал с собой оружия. Старый милиционер знал, что с оружием в наше трудное время он будет отличной приманкой для преступников и просто шпаны, которой развелось на наших улицах предостаточно. А применить свой табельный «макаров» он и не смог бы — не хватило бы смелости выстрелить в человека. Еще в послевоенный период будучи младшим лейтенантом и получив участок в одном из старых районов Москвы, при задержании преступника молодой милиционер вынужден был открыть огонь по убегающему бандиту. Тогда у него был мощный армейский ТТ. Но на беду в створе с бегущим преступником на линии огня оказалась девушка-студентка, возвращавшаяся после занятий на вечернем отделении университета.

Три пули, выпущенные милиционером, попали точно в цель, но две из них, пробив грудь бандита, полетели дальше и попали в девушку, внезапно появившуюся из-за угла дома.

Эта история тяжелым камнем до сих пор лежала на душе и совести капитана. И с тех пор капитан не носил с собой пистолет. А в нынешнее тяжелое время она получила продолжение. Однажды к нему заявился посетитель, парень лет двадцати пяти, и заявил, что он является сыном той девушки, которую по неосторожности или по трагической случайности подстрелил милиционер. И хотя участковый был тогда по окончании специального внутреннего расследования МВД признан невиновным, он сразу же почувствовал, что ответственен за этого парня. А тому, видно, это и было нужно.

Капитан, в буквальном смысле, заплясал под его дудку — стал выполнять его некоторые поручения, хотя и понимал, что в ряде случаев нарушает Закон. Но и парень в долгу не оставался. Каким—то непонятным для старого участкового образом помогал тому раскрывать правонарушения и мелкие преступления на его участке, за что последний не раз премировался руководством и считался лучшим участковым в московском ГУВД.

Вот и сейчас, по просьбе своего нового знакомого, он второй раз шел к Денису. Милиционер понимал, что предстоящее дело противозаконно, но отказаться не мог, потому что был уже достаточно втянут в мелкие нарушения законодательства, о которых, в случае его отказа, по словам его знакомого, тут же станет известно руководству. Настоял этот парень и на том, что участковый должен быть обязательно вооружен, дал ему пистолет и пояснил, что нужно делать.

... — Зайдем-ка, Денис, на пару минут к тебе. Разговор есть, — начал милиционер.

— А здесь нельзя поговорить? — сразу бессознательно почуяв тревогу, огрызнулся юноша.

— Нет, лучше поговорить спокойно, в домашней обстановке за чашкой чая.

— Тогда милости просим, — с широким жестом пригласил Денис своего участкового.

Дома никого не было. На столике в прихожей Дениса ждала записка от Марины, в которой говорилось, что она пошла на телеграф вместе с хозяйкой, которая получила приглашение на телефонные переговоры.

Денис провел гостя в свою комнату и приготовил чай. капитан от угощения отказался и сразу перешел к делу:

— Хочу с тобой, Денис, поговорить открыто, по-мужски. Ты меня по-слушай и постарайся не перебивать. Времена сейчас наступили тяжелые и не все зависит от нас. Так вот, долго объяснять тебе не буду, но твоя сестра сильно уж понравилась одному хорошему человеку и он хотел бы взять ее к себе на проживание и в услужение. Это очень известный и очень богатый человек, имеет большой вес в обществе, да и знакомства у него, сам понимаешь... Короче говоря, как бы ты не тужился, а сестра твоя, Маринка, рано или поздно уйдет от тебя. И еще не известно, куда и в какие руки она попадет. Так что мой тебе совет:  покорись судьбе, отпусти сестру. Лучше будет для всех.

— И для вас, наверное, тоже! — вспылил Денис. — И вам отвалили от общего пирога. Раз вам нравятся такие хорошие условия, то почему бы вам не предложить этому «известному и богатому» человеку одну из своих дочерей: и ей под ним хорошо, и вы, может быть, майора по блату получите! А?!..

— Заткнись, щенок! Я хотел с тобой по-хорошему, а ты нарываешься на неприятность. Ну, тогда пеняй на себя! Я тебе еще не все сказал. Твой Ви-кентьич поплатился своим здоровьем и мастерской за то, что захотел, видите ли, в обход боса денег тебе, дураку, дать на поездку к тетке или крестной, не помню. Но ты сам это лучше меня знаешь. И знаешь, кто это устроил, такой же подмастерье, как и ты!

— Кто? Григорий?

— Он самый! Он тоже их человек! Есть у них еще один человек, который знает, куда вы собираетесь навострить лыжи. Догадываешься, кто?

— Хозяйка! — грохнул по столу кулаком Денис. — И зачем только Марина открылась ей?

— Верно! И если мы сейчас с тобой не договоримся по-хорошему, тебе будет ой как плохо, понял?! Да и для тебя заготовлена уже повестка в армию, и могу тебе сказать, куда ты попадешь служить. В Чечню! Но обратно ты уже не вернешься. Вернее, вернешься, но в цинковом ящике. А если попробуешь сачкануть службу в наших доблестных вооруженных силах, то ждет тебя примерное наказание, годика на три - пять исправительно-трудового учреждения где-то на Магадане. А там тоже не любят дезертиров. Так что и оттуда ты тоже не вернешься.

— Ах, ты, старая сволочь! Продался этим гадам, а теперь... — сжимая кулаки, привстал парень. — Теперь ты меня послушай! Я завтра пойду к твоему начальству и расскажу обо всем, что ты мне здесь нарассказывал. А как только получу повестку, буду знать, что это подарок от тебя, старая б...., и твоих хозяев. И пусть меня посадят, если словят, конечно, но твоей милой семейке не жить. А тебя не трону, чтобы ты жил и радовался за своих дочек — они тоже получат «богатого и знаменитого» в моем лице! Сволочь! Убирайся из моего дома!

— Значит, угрожаешь еще, сопляк! Видно, не понимаешь, с кем связался! Тогда получи! — поднимаясь крикнул участковый.

Их разделял стол. Капитан, поднимаясь, толкнул стол на парня. Тот, не ожидая нападения, не удержал равновесия и завалился на диван. В это время милиционер достал из папки газетный сверток и швырнул его содержимым в Дениса. Тот инстинктивно закрыл лицо руками и отвернулся к стене, лишь услышал какое-то непонятное цоканье, напоминавшее звук рассыпавшихся пуговиц, по стенам и полу. Затем что-то довольно тяжелое ударило по колену.

Денис сгруппировался и повалился на пол, быстро огляделся и не заметив явной опасности быстро вскочил на ноги. Участкового уже не было, а на полу блестела золотыми звездочками россыпь патронов. На диване валялся больно ударивший его пистолет.

«Надо быстро все собрать и выкинуть, а то эта сволочь пришьет хранение оружия!» — подумал Денис и, опустившись на колени, стал лихорадочно собирать разлетевшиеся в разные стороны по комнате па-троны.

В это время раздалась трель звонка. Денис, прижимая к груди пистолет и дюжину патронов, бросился к входной двери. Но его тут же остановил голос из-за дверей:

— Откройте, милиция, сопротивление бесполезно! — и сразу же затре-щала дверь под напором чьего-то сильного тела.

Денис бросился обратно в комнату, лихорадочно соображая, что делать? Паники не было. Было лишь чувство необходимости собственного спасения, чтобы потом, в будущем, отплатить этим негодяям. На какую-то долю секунды он вспомнил о Марине. «Нет! — размышлял одно мгновение парень. — Ее они не тронут, пока меня не поймают, побоятся! Сейчас главное спрятаться, залечь где-нибудь и переждать некоторое время. Но прощать им этого нельзя, никогда. И карать, карать, карать!!!»

Засунув одну пригоршню патронов в карман джинсов, а пистолет в кожаную папку, которую в суматохе забыл на столе участковый, Денис открыл балконную дверь, перебросил свое тело через решетку, сильно оттолкнулся и прыгнул на ветку, свисавшуюся к их балкону, и через пять секунд он уже бежал через сквер к соседним домам. 

Наступившая ночь моментально скрыла его от глаз преследователей.



  Продолжение следует...    


Comments 1