Вектор времени (Часть 1.12. Весть из прошлого)


Не доверяй ничему более, чем следует. Ведь и у белой розы черная тень. Народная мудрость

  ... После скромного семейного ужина и произнесенного Сергеем тоста «за золотых новобрачных» городская мэрия все-таки дала электричество и в комнате стало намного уютнее. Хозяева и гость расположились в удобных креслах и канапе и хозяин дома продолжил разговор. — Сережа, Вы видите, что мы люди в уже очень преклонном возрасте, а сейчас положение таково, что здоровье не сможет обеспечить нам ту необходимую работоспособность и жизнедеятельность, которую мы вели до сих пор. Поэтому я решил обратиться к Вам. Нас, стариков - ветеранов, осталось очень мало, а тех, кто работает в нашей организации, еще меньше... 

— Но я же видел множество подписей под обращениями Вашей организации в Посольство!.. 

— Нас было много. Но ситуация в этой республике заставила нас отправлять людей в Россию, обустраивать их там, обеспечивать приемлемое, подобающее ветеранам войны существование. вы можете проверить по свои каналам через Посольство и МИД, что эти люди живут нормально, хотя их с превеликим трудом, не без взяток, прописывали в различных областях России - матушки, обеспечивали пенсиями и пособиями. Поэтому, если Вам говорят, что наши рассказы «про финансовые возможности» — старческий бред, согласитесь с ними, но... обязательно проверьте и удостоверьтесь лично. Ведь кроме Вас за все время никто из Посольства не удосужился с нами побеседовать, поговорить и разузнать о наших «финансах». 

— Но почему тогда Вы не уезжаете отсюда к детям, внукам и правнукам, а, как Вы пишите, продолжаете бороться или воевать с фашистами и их прихвостнями? 

— Потому что, во-первых, фашизм, а если быть точнее, национал-социализм, снова активно возрождается и еще ни один государственный или политический деятель не указал, откуда и по какой причине он появился вновь в Европе, Америке и у нас в России. Во-вторых, ни одно государство, ни одна политическая партия не имеет четко выраженной программы борьбы с этим злом. В-третьих, они просто этого не хотят, потому что из этого можно извлечь свои выгоды, как для государства, так и для любой партии. В-четвертых, ни один из тех, кто сегодня «наверху», не знает, что такое фашизм так, как знаем его мы с Ульяной Геннадиевной. И, наконец, в-пятых, неонационал-социалисты или фашисты, называйте их как Вам угодно, имеют значительные денежные средства в золоте и валюте «слышали, наверное, о немецком “золоте партии»), которые в нынешних условиях они тратят на подкуп государственных чиновников и политических и партийных функционеров по всему миру. 

— И Вы против этого зла боритесь? Тогда могу Вам сразу предрекать фиаско. 

— Это мы понимаем: без существенной поддержки с чьей-либо стороны, хотя бы моральной, мы в конечном итоге все равно окажемся в проигрыше. Но бороться нужно. Наша организация располагает большими архивами, которые подразделяются на военные архивы, архивы спецслужб, финансовые, культурные и другие архивы. По материалам каждой папки из этих архивов можно написать или увлекательный приключенческий роман, или детектив, или наставление по бухгалтерскому и банковскому делу, или диссертацию по какой-нибудь отрасли истории, естествознания или культуры, а, может быть разгадать какую-то тайну, например, Янтарной комнаты, золота партии «нацистской или коммунистической) и Наполеона или золотого запаса последнего русского царя. Буквально ежемесячно в каждую папку архива ложилась небольшая, два - три листочка, справка по тому или иному вопросу. 

— Кто же основал и занимался этим архивом? — изумленно спросил Сергей. — Чтобы собирать такие данные в те годы необходимо было быть, как минимум, Генеральным Секретарем. 

— Не ерничайте, Сережа. Основал его мой прямой начальник времен войны, а на рубеже 60 - 70-ых годов он с поражающей точностью описал сегодняшнюю ситуацию, основываясь на событиях в Германии, Венгрии и Чехословакии. Да и вообще, о многих событиях, которые свершились после его смерти, он в те времена рассказывал так, как будто прибыл к нам из будущего, при этом погрешности во времени и других нюансах были довольно незначительными. Мы его за глаза прозвали “Провидец». Многие из тогдашнего руководства страной и ЦК хотели получить от нашего отдела и него лично различного рода аналитические материалы. Наш “Провидец» работал над представленными ими материалами, сопоставлял со своими данными, над которыми работал весь личный состав отдела, и давал анализ и среднесрочный или долгосрочный прогноз по требуемому вопросу. Смею Вас заверить, Сережа, прогноз оправдывал себя, но этот факт, в основном, не радовал “верхи». Поэтому в середине семидесятых “Провидец» был уволен со службы, а его, то бишь наш, отдел расформирован. Часть сторонников нашего начальника уволилась вместе с ним, часть — была разбросана по разным уголкам Союза. Но и в этой ситуации “Провидец» продолжал трудиться. Он вновь собрал своих людей в один кулак и мы стали работать с большей энергией и энтузиазмом, но как бы нелегально, в подполье, а помогали нам бывшие коллеги по службе в центральном аппарате и в региональных органах. Одной из наших главных задач была — следить за ныне действующими организациями национал-социалистов во всем мире и теми, кто с ними сегодня контактирует, и тем самым не допустить их возрождения в той или иной форме. Однако и эта “пенсионная» деятельность “Провидца» не понравилась власть предержащим, потому что наши расследования привели к значительным денежным средствам нацистов, да и коммунистов, однако никто из нас ни копейки не брал себе и не давал “верхам». 

Однажды в 1978 году мы прочитали в одной районной газете, что наш “Провидец» “допился до белой горячки и покончил жизнь самоубийством». При этом хочу заметить, что он никогда не злоупотреблял спиртным, но при необходимости мог перепить любого, оставаясь при этом абсолютно трезвым. Но что более настораживало, что из его тайника бесследно исчез его личный архив и дневники. Следствие по делу о самоубийству “Провидца», якобы, установило, что он дошел до крайней степени опьянения, а свои архивы, дневники, награды и фотографии продал каким-то посторонним людям за бутылку “Столичной» и в этот же день застрелился из именного “вальтера».  

Как нам удалось узнать, районная, областная и республиканская прокуратуры приложили максимум усилий под нажимом сверху, чтобы закрыть это дело: сфальсифицировали документы судебно-медицинской и баллистической экспертиз; угрозами заставили соседей дать показания о, якобы имевшем место, хроническом алкоголизме и беспробудном пьянстве “Провидца»; подменила пистолеты, так как «вальтер» “Провидца» им же был запаян со стороны патронника во избежание несчастного случая, если бы кто-нибудь, особенно дети, стали бы им играть. Так что мы были полностью уверены, что это самое обыкновенное, прикрытое «верхами» убийство. 

На могиле нашего начальника мы поклялись дальше продолжать начатое им дело, но теперь и впредь быть вдвойне осторожными. “Провидец" однажды предупредил нас, что настает время, когда нас со всех сторон будут бить и наши, и недруги. Поэтому основную часть архива он решил переместить сюда, а у себя оставил несколько папок. 

Вот сейчас мы с ними и работаем, а особо важные материалы уже переправили в надежное место. Но у нас не хватает молодежи, причем заметьте, надежной, в некотором смысле националистически настроенной молодежи. Сегодня молодым людям выгоднее идти в бизнес, во власть, в политику, чем на военную и государственную службу. Ведь признайтесь, Сережа, у вас было, по крайней мере, до пяти хороших в денежном отношении предложений, но Вы от них отказались в пользу службы России в далеко не благоприятных условиях: юг арабского мира и здесь, где еще никто точно не знает — будет война или нет. 

«Или дед Трофим читает мысли на расстоянии, или за мной следят с момента окончания МГИМО, — подумал Сергей, ощущая, как предательские холодные мурашки побежали по телу. — Этот старик не так прост как кажется!» 

— Я вижу, мой рассказ Вас заинтриговал, — продолжал Трофимов. — В папках нашего архива есть много интересного и ценного с точки зрения выражения их содержания в денежном эквиваленте. Но продавать архивы мы никогда не будем, потому что они — достояние нашей Родины. Это равносильно тому, что творится с российской экономикой, ничего не производим или производим очень низкого качества, а продаем нефть, газ и другие полезные ископаемые, а на вырученные деньги, если они попадают в государственную казну, покупаем необходимые нам машины и товары. Нет, архивы "Провидца" нужны для истории государства российского, если, конечно, родится новый Карамзин и напишет ее. 

— Честно говоря, Игорь Вячеславович, я подумал, что все ваши финансовые возможности вытекают из продажи каких-либо документов третьим лицам или, извините за прямоту, шантажа какого-либо высокопоставленного чиновника или мафиози. Откуда же ваши средства, о которых Вы пишите в своих обращениях?  

— О, Сережа, это не самая интересная история. Но, если хотите об этом узнать подробнее, пожалуйста. Я Вам дам несколько папок из архива Провидца. Это копии. Если Вы ничего не поймете из них, то мы побеседуем более обстоятельно вместе с нашим казначеем. Документы в папках на немецком и английском языках. Так как в немецком вы не сильны, то в конце имеются все переводы, — Трофимов зашел в соседнюю комнату и через минуту вышел, держа в руках коробку из-под бумаги для ксерокса. — Вот я Вам заранее приготовил, Сережа. Что не ясно, делайте пометки. Да, кстати, Вы хотели здесь изучать немецкий и местный языки. Насчет местного я бы Вам не советовал зря тратить время, а с немецким мы с Ульяной Генриховной охотно Вам поможем. Поверьте, через год вы уже будете сносно объясняться на баварском или северном диалектах — по Вашему выбору. А за это время вы и нас немного узнаете. Соглашайтесь, Сережа! 

— Конечно, Сережа, — донесся голос супруги хозяина, — у нас разработаны уникальные методики изучения языков. Если хотите, есть и компьютерные программы, — произнесла Ульяна Генриховна выходя из соседней комнаты. 

В открытую дверь Сергей увидел старомодный резной письменный стол с громоздившимся на нем включенным компьютером. “Да, компьютер со всеми наворотами и “прибамбасами», — изумился про себя, неплохо разбирающийся в этом деле Михайлов, — выходит старики не сочиняют о своих финансовых возможностях. Пока поверим и проверим». 

— Твердо обещать не буду, — вслух произнес Сергей, — но подумаю над Вашим предложением и в Ближайшее время сообщу. 

— Я Вас, Сережа, не тороплю ни с изучением этих документов, ни с ответом на наше предложение. Как будет свободная минутка, заходите, мы Вам всегда очень рады. 

Михайлов стал прощаться с хозяевами, подхватил коробку с документами и свертком с “чем-то очень вкусным», как пообещала хозяйка, и погрузил все в машину. 

Бакс все это время сидел вдали от калитки, бросая беглый взгляд то на Сергея, то на хозяина, то куда-то вглубь двора и на забор дома. Михайлов про себя отметил, что пес, заняв столь удобную позицию, в любой момент мог оказаться рядом с Трофимовыми или какими бы то ни было непрошеными визитерами. А когда дед Трофим открыл ворота для выезда со двора михайловской машины, Бакс быстро нырнул в щель между открывавшимися воротами на улицу, осмотрелся в разные стороны, видимо, оценивая обстановку, и коротко дважды тявкнул, давая знать хозяину, что беспокоиться не о чем — опасности нет.  


  Продолжение следует...  


Comments 1