Часть 1.73. «...Разведывать накрепко о замыслах неприятельских...» Петр Первый


 Боится презрения лишь тот, кто его заслуживает.  Франсуа де Ларошфуко, (1613—1680 гг.), писатель-моралист 

  Дания действовала удачно, и план кампании на весну 1710 года, одобренный Петром, предусматривал высадку соединенного датско-русского десанта у Стокгольма. Но датские министры принимали все возможные меры, чтобы выторговать у Петра субсидию как для войны, так и лично для себя. Долгоруков правильно оценивал обстановку. Пока Англия с Голландией были заняты войной за Испанское наследство, они не вмешаются в Северную войну. Следовательно, субсидии Дании можно не давать, приберегая их к нужному моменту. «Король, - писал Долгоруков, - и без субсидии пробыть может, и потому теперь ему субсидий обещать не нужно, а надобно беречь субсидии до того времени, когда придет королю нужда от военных случайностей, или когда он станет думать о партикулярном мире.

Здесь опасаются, чтоб, по заключении мира с Францией, Англичане и Голландцы не вмешались в войну короля Датского и не уняли бы его. Поэтому очень нужно купить министров здешних; довольно будет раздать тысяч на двадцать вещей; из этой же суммы нужно дать и женам их, потому что оно над мужьями силу имеют.

Всех министров четыре, и все бесстыдно к дачам лакомы: много раз мне говорили чрез польского посланника, чтоб царское величество их пожаловал за договор по обыкновению, и, видя, что ответу нет, сам министр Сегестет мне несколько раз о том говорил.

Надобно давать им не вдруг, но часто и понемногу, чтоб всегда смотрели из рук».

Однако дальше военные дела датчан пошли плохо. В феврале 1710 года шведы нанесли датчанам поражение, при котором датчане потеряли шесть тысяч солдат и офицеров, а в июле без объяснения причин вернулся от острова Борнгольма датский флот. Когда же он в начале сентября был направлен вместе с транспортными судами для перевозки в Гданьск русского вспомогательного корпуса, то был разбит страшной бурей.

Учитывая сложность обстановки, в которой одному Долгорукову работать было трудно, Петр отправил в помощь ему своего генерал-адъютанта Ягужинского, а для посылок специального назначения - гвардии капитана Льва Измайлова.

Долгоруков через своих агентов активно разведывал состояние укреплений в Южной Швеции (провинция Сконе), особенно крепости Карлскруны. Его сообщения об этой были неутешительны. Пока союзники спорили из - за Штеттина, Висмара, Голштинии и прочих мест, отвоеванных у шведов, последние, не теряя времени, сильно укрепили свое побережье.

Одновременно Долгоруков вел и дипломатическую разведку, что видно из письма царя Петра к нему в 1715 году: «Надлежит в рассуждении иметь: когда неприятель из Немецкого краю выгнат будет, то еще не чаю концу войне быть, в море всегда от шведов нечисто будет, и король шведский неусыпно случая смотреть будет. Того ради лучше его на том (шведском) берегу посетить и к желаемому миру принудить; а ежели в том слабо поступим, опасно, дабы кто из сильных в медиаторы (Петр подразумевает здесь Англию) не вмешался, и тогда принуждены будем все по их музыке танцевать. И для того заранее о всем требуемом выведать, дабы заранее же все учредить могли».

Попутно Долгоруков добывал различные датские документы по руководству государственными учреждениями, как печатные, так и письменные, в том числе и различные уставы. В записке Петра об этом сказано: «Писать в Копенгаген, чтоб прислал весь аншталт экономии Государства Датского, а именно: уложение гражданское и военное: сколько Коллегиум, что каждой должность. Сколько персон в Коллегии каждой. Какое жалованье кому. Какие ранги между себя, и прочее все от большого до малого». 

Эти документы были добыты и высланы Долгоруковым. 


  Продолжение следует...


Comments 1