Часть 1.60. «...Разведывать накрепко о замыслах неприятельских...» Петр Первый



 Всегда проверяй цитаты: свои — перед тем как сказать, чужие — после того, как они сказаны. Уинстон Черчилль

Это письмо показывает, что русской разведке при Петре приходилось испытывать большие трудности при подборе кадров. Жестокость Толстого, «убравшего» своего подьячего, вполне оправдывается сложившейся обстановкой, а стремление отправить ненадежных работников посольства в Россию говорит о заботе резидента о безопасности своих агентов.

Из этого же письма видно, что, несмотря на временную изоляцию посольства, разведывательная работа не прекращалась. «По любви господина Саввы Владиславича, - пишет Толстой, - имею таких приятелей, которые могут скоро узнать секреты у Порты и мне об них сообщают».

Через этих «приятелей» Толстой смог разоблачить замыслы турецкого посла в России Мустафа-аги, в результате чего последний был арестован, а его имущество подверглось конфискации. Толстой же получил свободу и согласие на отъезд его сына в Россию. С ним он отправил в Россию всех ненадежных работников своего аппарата.

И русские победы над шведами в Прибалтике и неудачи в Польше отражались на русско-турецких отношениях. Турки внимательно следили за внутренним положением в России, и когда к ним дошли вести о башкирском и булавинском восстаниях, позиция Турции стала меняться, что отразилось на деятельности Толстого. Французский посол Ферриоль, получивший весной 1707 года от своего короля приказание во что бы то ни стало разорвать русско-турецкие отношения, ухудшил и без того трудное положение русской миссии.

В это же время из Польши, вероятно, по указанию Карла ХII, прибыл в Турцию курьер от Станислава Лешинского с предложением разрешить крымскому хану выступить совместно с поляками против русских войск. Это предложение было для турок очень заманчивым: удар по России шведского и польского королей и крымского хана при поддержке Англии, Франции и других западноевропейских государств позволил бы Турции потребовать от Петра возвращения Азова и вообще всего, что захочет султан.

1708 - 1709 года были очень трудными для России: вся тяжесть Северной войны легла на ее плечи, а союзники Петра, особенно Англия, старались помогать врагам России, в первую очередь Турции, пытаясь всеми силами и средствами вызвать ее выступление против России. Перед русской агентурной разведкой в Турции встала задача обеспечить деятельность дипломатии, добивавшейся, чтобы Турция осталась нейтральной в самый критический момент Северной войны - перед Полтавской битвой.

Петра особенно беспокоили распространившиеся в Западной Европе слухи о тайном союзе между Карлом ХII, Станиславом Лещинским и турецким султаном, заключенном против России. Выяснить, так ли это на самом деле, Петр поручил своему послу в Константинополе Толстому. Где утверждениями, что Лещинского признают только две трети Польши, где «подарками», Толстому удалось это сделать.

9 декабря 1707 года Петр писал Толстому из Преображенского: «Писали цифирью вы, что поляк Лещинского отпущен не с честью и без всякого дела, а ныне писал гетман письмо, с которого посылаем при сем копию, что получил он от некоторого корреспондента из Волошской земли, что бутто тот Поляк для лица так отбит, а тайно с ним сделано, также будто и некоторой ага с листами к Шведу и Лещинскому послан. О чем надлежит вам подлинно проведать, истинна ль то, и немедленно писать.

Также, чтоб купить или Мавракардата или иного такого, который ведает секрет Турской, суля ему хотя три или четыре тысячи червонных в Венеции, которые Савва Рагузинский обещает дать там, а буде б сему не поверили, то Савва обещает посредников в том дать из Царегородских жителей, чтоб совершенное Турское намерение (от чего Боже сохрани) к войне мог объявить за шесть месяцев».

Из обширной переписки Толстого с Посольским приказом выясняется его деятельность дипломата и резидента-разведчика в Турции при разрешении всех этих сложных вопросов. Оказывается, посланцем Лещинского в Константинополе был галицкий стольник Горский, по национальности поляк. Еще не получив письма от Петра, Толстой, чтобы выяснить причины приезда Горского и узнать содержание привезенного им от Лещинского письма, стал рассылать соболя и шубы турецким вельможам.

Горский приехал в Константинополь 19 июля, а 30 июля 1707 года султанский муфтий уже сообщил Толстому, что письмо он видел и что в нем содержится предложение о создании тройственного союза Швеции, Польши и Турции против России, а пока что предлагается немедленно разрешить крымскому хану выступить против русских воск как передовому отряду Турции в помощь Лещинскому и Карлу ХII.

Муфтий сообщал также, что в письме содержалась самая настоящая интрига против русского посольства в Турции. Дескать, некоторым полякам царь Петр под большим секретом показывал письма русского посла из Константинополя (то есть Толстого), в которых он писал, что «все христианские народы, пребывающие в подданстве у Турков, ко противности на них готовы, и подписаны де те письма руками греков и прочих христиан». По словам муфтия, Горский предлагал произвести обыск в доме Толстого, чтобы найти компрометирующие его письма. Некоторые турецкие вельможи настаивали на обыске, но визирь отказался, ссылаясь, что такое оскорбление посла будет равносильно объявлению войны, а к ней Турция в данный момент не готова.

Муфтий, получивший от Толстого два сорока соболей, утверждал, что он многое сделал для отпора проискам Лещинского и даже с некоторыми высокопоставленными людьми бранился, вследствие чего решено было польского курьера Горского выслать из Турции ни с чем. Ройс - эфенди, получивший сорок соболей, подтвердил это сообщение.


  Продолжение следует...


Comments 2