Часть 1.13. «...Разведывать накрепко о замыслах неприятельских...» Петр Первый


  Где дело идет о жизни, или о чести человека, то правосудие требует взвесить на весы беспристрастия как преступление его, так и заслуги, оказанные им отечеству и государю; и буде заслуги перевесят преступления, то в таком случае милость должна хвалиться на суде. Петр Первый  

  Посольский приказ и Коллегия иностранных дел  

Посольский приказ просуществовал 150 лет (1569—1720 гг.). Можно выделить несколько этапов деятельности Посольского приказа при Петре как дипломатического органа, занимавшегося одновременно и стратегической разведкой.   

Первый этап охватывает время между 1686 и 1700 гг., когда во главе Посольского приказа стоял боярин, комнатный стольник Петра, Кирилл Алексеевич Нарышкин, а всеми практическими делами заведывал думный дьяк Украинцев вместе со свояком (тоже думным дьяком) Виниусом.   

Как известно, Петр I унаследовал две сложнейшие проблемы: турецкую и шведскую. Разрешение и той и другой означало выход к морю: в первом случае к Черному, во втором — к Балтийскому.   

Первые годы царствования Петра были посвящены черноморской проблеме. Черное море было до тех пор внутренним морем Турции. Оттоманская Порта, по образному выражению одного русского дипломата, берегла его «как чистую и непорочную девицу, к которой никто прикоснуться не смеет. Скорее султан допустит кого во внутренние свои покои, чем согласится на плавание чужих кораблей по водам черноморским; это может случиться разве тогда, когда турецкая империя обратится вверх ногами»[1].   

Вся деятельность Посольского приказа, в том числе и разведывательная, на этом этапе была направлена в основном против Турции.   

Крупными мероприятиями Посольского приказа в этот период были поездки двух больших посольств на Запад для заключения союзного договора против Турции: «Великое и полномочное посольство» 1686—1687 гг. и «Великое посольство» 1697—1698 гг., в котором участвовал молодой Петр.   

Первое посольство возглавлял ближний боярин и наместник Вятский — Борис Петрович Шереметев. Кроме него, послами являлись: ближний сокольничий и наместник Муромский — Чаадаев, думный дьяк Протасьев и дьяк Волков. Посольство сопровождала свита в составе восьми стольников, трех стряпчих, двух дворян, четырех жильцов, переводчика польского и латинского языков Читинского, четырех подьячих, священника, Новгородского приказа сторожа Осипа Васильева и скорняка Ивана Нестерова. Цель посольства — заключение союза «против турок при общем нападении на них».   

Хотя формально договор и был тогда заключен, но практической помощи Россия не получила. Деятельность же посольства в разведывательном отношении надо признать положительной. Все его участники познакомились с Западом, с условиями работы там русских разведчиков и получили наглядные уроки.   

Ко времени начала государственной деятельности Петра I русские представители имелись в следующих городах Европы: в Стокгольме — посол, думный дьяк Потемкин, в Варшаве — боярин Бутурлин и окольничий Чаадаев, позднее смененный Шереметевым; во Франции и Испании — князь Долгорукий с «товарищем» князем Мышецким; в Гааге — дьяк Посольского приказа Виниус, выполнявший обязанности официального русского резидента для Голландии и Англии одновременно. Дьяк Иван Волков, являясь русским представителем одновременно для Дании, Бранденбургского курфюршества и Венеции, имел своей резиденцией Копенгаген, хотя ему неоднократно приходилось путешествовать по всей Европе. Донесения этих лиц, составленные на основании сведений, получаемых ими от различных источников, держали русское правительство в курсе международной обстановки того времени и давали возможность принимать те или иные решения по вопросам, затрагивавшим интересы России.  

Эти сведения русские дипломаты получали от своей агентуры, которая вербовалась различными способами: из идейных побуждений («друзья и благожелатели»), за деньги («шпиги»), предоставление льгот по торговле (купцы), за большие подарки (придворные). Кроме того, послы собирали необходимый материал из местных книг, курантов (газет) и других источников.   

«Великое посольство» было отправлено на Запад после Азовских походов. Основная его цель была та же — создание союза против Турции. Разведывательных задач посольства мы уже касались. Установление личного контакта с множеством людей самых различных положений многими членами посольства и самим Петром позволило расширить круг иностранных агентов, работавших в пользу России. Одновременно были учреждены и постоянные посольства, резиденты, консулы и агенты в ряде западноевропейских государств. В это время у Петра I возникает мысль о прикреплении к русским посольствам офицеров, получивших спустя сто с лишним лет наименование военных атташе.   

В это время усилился приток иностранцев в Россию, двери которой были теперь широко раскрыты для всякого рода иностранных специалистов. Естественно, что западноевропейские страны под видом таких специалистов и коммерческих агентов засылали в Россию своих шпионов.  

 На первый взгляд кажется, что тогда в России им было легко работать, благо сам царь почти с каждым более или менее крупным специалистом обращался просто: вместе пил и курил, танцевал на ассамблеях, навещал их запросто и, что самое главное, они могли без всякой дипломатической условности общаться с царем и с его окружением.  

Но это только внешняя сторона. Молодая Россия жадно училась у иноземцев, но остерегалась их вероломства, в котором неоднократно убеждалась. Теперь царь, здороваясь за руку с иноземцем, не мыл тут же при нем рук и не вытирал их поданным рушником, как это бывало в старину. Нет, царь, по европейским взглядам, был даже слишком демократичен и это удивляло чопорный Запад, но вместе с тем за каждым шагом иностранцев в России внимательно следили. Датский посланник Юстус Юль, прибыв в Нарву, замечал, что «русские офицеры всегда следят за немцами (так Юль называл всех иностранцев, прибывавших в Россию), относясь к ним подозрительно». Он очень обиделся, когда к нему для охраны назначили капрала и пятерых русских, а не иностранных солдат. Такого же мнения были и другие иностранные наблюдатели. 

 [1] История дипломатии, том первый, стр. 266-267.    

Продолжение следует...  



Comments 1