Вектор времени (Часть 1.03. Весть из прошлого)



   Необходимо иметь источники информации и помощников в сдерживании России, которая остаётся столь же большой угрозой для США, как и бывший Советский Союз. Роберт Гейтс 


... Здание Посольства произвело на Сергея слегка подавленное впечатление. 

Во-первых, вокруг посольского здания, если точнее сказать, здания, где размещались четыре посольства, включая российское, в качестве охраны бродили какие-то люди, очень похожие на тех, кого Сергей встретил у трапа самолета. Все они были одеты, кто во что горазд, носили черные вязаные спортивные шапочки, были вооружены автоматами, и поэтому складывалось впечатление, что здание захватили террористы, которых в последнее время стали довольно часто показывать по телевидению. 

Во-вторых, во дворе этого здания на площадке для посольских автомобилей, которых было не мало, у кучи мусора бегали дети из близлежащих домов, стояли какие-то многотоннажные фуры с транзитными номерами. К тому же крик и визг детворы заглушала работающая на полную мощность дизельная электростанция одного из посольств. 

В целом, наличие в этом здании каких-либо дипломатических учреждений свидетельствовали лишь свисающие из окон разных этажей государственные флаги России, Украины, Турции и Израиля. 

С российским Послом, Владимиром Васильевичем Трубецким, Михайлов познакомился еще на Смоленской площади, когда Трубецкой (первый Посол России в этой республике) набирал себе штат Посольства. 

Тогда Сергей только что вернулся из командировки из одной арабской страны Аравийского полуострова, где проявил свои способности на дипломатическом поприще во время войны между “восточным” и “западным” правительствами, за что был повышен в дипломатическом ранге и стал третьим секретарем. 

Попивая чаек на Смоленке Владимир Васильевич рассказывал о предстоящей работе, не скрывал, что будет очень трудно и в житейском смысле, и в профессиональном. Умело направляемая чьей-то невидимой рукой антироссийская деятельность на территории бывшего СССР сильно подорвала российские позиции в регионе, и все возникшие в этих условиях конфликты и разногласия, порою даже вооруженное противостояние, необходимо было в срочном порядке урегулировать дипломатическим путем. 

Трубецкой также пообещал, что Сергея при такой же по качеству и результативности работе, как в Аравийской пустыне, ждет повышение в должности и ранге и прямая ротация в одну из трех выбранных Михайловым в конце предстоящей командировки стран. 

Сергей знал по рассказам сослуживцев Трубецкого в других Посольствах, что Владимир Васильевич свои слова на ветер не бросает и обещания выполняет свято. Поэтому к нему с большим удовольствием ехали работать как молодые дипломаты, так и однокашники Трубецкого по МГИМО. 

Встречая в этот день Михайлова Трубецкой был немногословен (все уже было сказано в Москве), поздравил с прибытием, поинтересовался по селекторной связи у завхоза и бухгалтера, где намечено разместить вновь прибывшего дипломата. Присутствовавшему тут же Васильченко дал указание закрепить за Сергеем служебную машину. На прощание пожелал побыстрее вникать в новые обязанности и успехов в работе. 

Остаток дня Михайлов провел в хозяйственных хлопотах. Васильченко отвез его на квартиру, где ему предстояло жить во время этой командировки. 

По обстановке в квартире можно было представить, как жили ее хозяева в советское время. В каждой комнате этой довольно просторной двухкомнатной квартиры (даже на кухне) висели хрустальные люстры. Деревянная резная мебель ручной работы в стиле барокко, паркетные с замысловатым национальным орнаментом натертые восковой мастикой полы, просторные лоджии, выходившие одна на набережную, другая — в тихий тенистый двор. 

Большая комната была уставлена шкафами с книгами, по которым можно было судить о пристрастиях хозяев квартиры в прошлые времена. На стеллажах стояли книги по градостроительному искусству и архитектуре начиная со средних веков и до наших дней на местном, русском, английском, итальянском, испанском, немецком и даже арабском языках. 

Самыми экзотическими в комнате были две керосиновые лампы явно изделия мастеров прошлого столетия в виде японских гейш с хрустальными абажурами. 

Увидев заинтересованность Сергея хозяйка, интеллигентная, вся в черных одеждах лет шестидесяти, но хорошо сохранившаяся женщина, спросила: 

— Наверное, молодой человек знает иностранные языки? Здесь у него будет много времени попрактиковаться в лингвистике и филологии. 

— Дипломату просто необходимо знать иностранные языки. Это его орудие труда. В институте я изучал арабский и английский, в первой командировке освоил испанский и итальянский, в Москве прошел начальный курс немецкого языка. — Ответил Михайлов. — Хочу в каждой командировке учить по одному - два языка. Вот и сейчас попробую осилить до конца немецкий и ваш язык. 

— О, зачем вам нужен наш язык, он очень сложный, — вздохнула хозяйка, хотя всем видом хотела показать, что ей приятно слышать слова Сергея. — Да и всякий раз с людьми можно объясниться на русском, кроме тех, конечно, кто живет высоко в горах. Но и мы с ними не всегда понимаем друг друга. 

Выйдя на лестничную площадку за своими сумками Сергей спросил Васильева: 

— У этой женщины, наверное, какое-то горе, она вся в трауре? Да, кстати, как ее зовут? 

— Зовут ее Светлана Яковлевна. А по поводу одежды — нет, это не траур, это одна из национальных особенностей народа, в частности, его прекрасной половины. Здесь ты сможешь увидеть и молодых красивых девушек в черном. Просто черный цвет очень почитаем среди женского населения. Хотя, правды ради, надо сказать, в последнее время, действительно, стало очень много вдов. Ничего не поделаешь — война, криминальные разборки, беспредел. Но жизнь потихоньку налаживается. Я, конечно, более лучших времен не застану — в скором времени отчаливаю отсюда в связи с окончанием срока командировки, а ты сам сможешь в скором времени убедиться! 

Когда они вдвоем занесли поклажу Сергея и полученные у посольского завхоза японский керосиновый обогреватель и канистру с керосином, в большой комнате был накрыт скромный стол. На обеденном столе стояло несколько тарелок с национальными блюдами, пахучий продолговатый хлеб, а посередине возвышался графин с домашним вином. 

Сергей сразу же отметил, что стол сервирован только на двоих. Васильченко угадал немой вопрос Михайлова: 

— Здесь не принято, чтобы женщина сидела за одним столом с мужчинами. 

После застолья Васильченко еще некоторое время побыл с Сергеем, пока хозяйка вымыла посуду и затем они уехали в Посольство подписывать договор найма жилья, а Михайлов решил пораньше лечь, так как на улице уже темнело, а электричество городские власти еще не дали. 

А на завтра Сергею Михайлову предстоял первый рабочий день на новом месте, день, который стал началом крутого перелома в его карьере и дальнейшей судьбе.   

Продолжение следует...  



Comments 1