Лузер и Блондинка. (отказ от выплаты)


Часть 1. Лузер.

День у лузера выдался привычно неудачный и бесплодный. Он пообедал на ходу бубликом, а дома-то еды нет.

-- Это хорошо, вечером есть вредно, -- думает лузер. Но в голове у него звучит:

-- А ведь -- нет еды или еда есть, но ты от нее отказываешься, это две большие разницы!

Лузер признает справедливость этой мысли, возможно, это и есть голос разума… Но ничего сделать он не в силах. Лузер давно уже не ест вечерами, не курит и не пьет, много и тяжело трудится… Но финансового результата почти нет. Заказчики затягивают с оплатой по выполненным договорам. Кормят обещаниями «в самом скором времени погасить имеющиеся задолженности». Можно, конечно, обратиться в суды с принуждением к исполнению договора, но это -- и время, и удар по репутации.

А сегодня с лузером рассчитались тремя карточками «Рив Гош», две по 1 500 и одна 3 000 рублей: -- Это вам в счет набежавших по долгу процентов... Вы уж простите. Но сейчас кризис… Нет, что вы, расписки не надо. Только вот тут, на обратной стороне договора черкните, пожалуйста… Спасибо. Вы великолепно выглядите. Если желаете, пройдите в зал, девочки подберут вам чудесную туалетную воду, за счет заведения... Не хотите? Ну, как хотите, ваше право...

Эти карточки от «Рив Гош» лузер планирует отдать матери, пусть она порадуется подарку от сына.

С 2014 года, за период санкций, лузер потерял имущества на 20 млн. рублей. Скверно, но он с этим уже смирился. К сожалению, потери выразились не только в утраченном имуществе: друзья почти перестали звонить «просто так», женщины исчезали после пары-тройки свиданий. Так вот неудачно сложилось, не зря в народе говорят: «Пришла беда, отворяй ворота...»

По ночам слезы подступали к глазам лузера. Он терпеливо перебирал в памяти всех, кому он вольно или невольно причинил зло, и просил у них прощения. С самого детства и до сегодняшнего дня. Лузеру вспомнился даже голубь белого цвета, в которого он еще дошкольником запустил камнем. Хоть не попал, но голубь наверняка обиделся: ведь лузер вначале неделю кормил его хлебными крошками. А когда голубь стал подпускать сорванца к себе -- получил камень. Лузер просил прощения и у этого преданного им в детстве голубя. Просил искренне, ведь лузеру всю жизнь было стыдно за тот проступок.

Период горячих молитв и проклятий к богу и дьяволу остался у лузера в далеком прошлом. Нынче он твердо уверен, что нет ни бога, ни дьявола. А есть некая сила, которая забавляется людьми так, как они забавляются кошками. У лузера -- или нет могущественного и влиятельного хозяина, или невидимый повелитель невзлюбил его. Возможно, бог лузера напился допьяна божественных амброзии и сомы. И спит теперь в своей блевотине в межзвездном пространстве, и будет спать еще вечность. До лузера ли ему?

А возможно, вне матрицы лузер просто помойный кот и нет у него никакого хозяина?

Наплевать на точное знание: Лузер выживает, как может. Он хотел застрелиться еще тогда, когда разорился, но взвесив все «за и против», отложил ствол. «Умереть легко, жить трудно», - помнит лузер бабушкину присказку, и терпит. За побег дают три года к основному сроку, а если дотерпеть до конца, возможно, его исключат из Колеса Сансары? И мотать земной срок ему больше не придётся? Как человеку знать неведомое?

Ведь никакого бога нет, а если бы он был, то являлся бы людям в каждом их поколении. И давал свидетельства своего существования, и растолковывал свои заветы...

-- Всем нынче тяжело, -- утешает себя лузер. Грузно ступая ноющими ногами, он идет к своему подъезду. К вечеру у него болят потрескавшиеся ступни, и черные английские туфли сильно жмут.

Лузеру нравится ранняя осень с ее теплым, чистым и светлым воздухом. Нравится землей, что до дождей суха и не имеет грязи, и чуть желтеющей листвой.

-- Что может быть лучше ранней осени? Разве что поздняя весна...

Мысли лузера о погоде обрывает белый Мерседес, остановившийся возле него с тихим шелестом. Открывается задняя дверца респектабельного авто, и оттуда, с чувством собственного достоинства, выходит белокожая, светловолосая женщина. Обладательница роскошной зрелой фигуры, красавица, у которой есть деньги на правильное питание, персонального тренера и время на фитнес. Роскошная блондинка улыбается лузеру ровными белоснежными зубками, ее голубые глаза сияют, и она приветливо машет ему рукой...

ЧАСТЬ 2

– Привет, – искренне говорит блондинке лузер. Ему и вправду сейчас хорошо на душе, и он не претворяется. Еще бы, такая роскошная и дорогая женщина вышла из крутого авто – именно к нему…

Позабытая мужская гордость в эти мгновения играет в нем, как молодое вино… Своим холодным разумом лузер отмечает про себя всю нелепую глупость своих эмоций. Но тут же расслабляется:

– В конце концов, в кровь идет окситацин, разве это плохо? Хоть что-то хорошее в жизни.


За время затянувшейся на годы черной полосы лузер научился радоваться любому светлому пятну. Вот и сейчас, периферийным зрением замечая на себе завистливые взгляды мужчин, он совершенно четко осознавал свою радость от неожиданной встречи с красавицей-блондинкой и пытался запомнить это позитивное мгновение. Чтобы потом, в минуты тоски и отчаяния, вспоминать о нем.


…Неожиданно лузер словно окунается в безветренный зимний вечер, падающие снежинки в огнях дорогого отеля, и блондинку, пытающуюся самостоятельно встать с заднего сидения авто. Ведь она надела сегодня длинную узкую юбку из джерси, цвета кофе с молоком. Надела специально, чтобы порадовать тогда еще нелузера. В этой юбке блондинка выглядит потрясающе противоречиво, и лузер очень любит ее именно такой: чарующе сексуальной и одновременно – домашней и родной.


Блондинка весело смеется нелепости положения, протягивает нелузеру красивые ухоженные руки и говорит сквозь смех:
– Достань же меня отсюда! – Нелузер бросается к ней, вынимает ее своими сильными руками из глубокого, покойного чрева авто.

На свежем зимнем воздухе аромат ее духов, едва уловимый, родной и чистый, кружит ему голову. И он, неожиданно для самого себя, целует свое сокровище в румяную щечку. Нежно и бережно целует… А блондинка, засветившись изнутри, вдруг по-хозяйски обнимает его за шею и крепко, от души целует в самые губы. Нелузер смущается взглядов прохожих, а блондинка воркует:

– Это любовь, глупый. Просто прими мою ласку, она от души…


В те времена у них были чудесные вечера… Блондинка ревновала нелузера даже к мастерам педикюра, и сама ухаживала за его ногтями на руках и на ногах…

– Ты только не смущайся. Я и папе, и маме ногти с детства стригу. Мы родные люди с тобой, не хочу, чтобы какие-то бабы касались твоего тела…

И когда над головой тогда еще нелузера стали отчетливо собираться первые тучи, блондинка сказала:

– Не печалься и не расстраивайся. Вместе мы преодолеем все невзгоды. – Впервые ее слова показались нелузеру банальными и неискренними, неявными предвестниками их грядущего расставания…


Все эти воспоминания, концентрированные последней любовью зрелого мужчины, пронеслись в памяти лузера прежде, чем он взял себя в руки.

Но теперь он просто приветлив и слегка холоден с блондинкой. Они не виделись более года, и не вина лузера в их разрыве. Он звонил блондинке строго раз в квартал, пытаясь увидеться, пока она не сменила телефон. Лузер тогда смирился – он оценил глубину нежелания женщины общаться с ним. Из-за трех коротких звонков, раз в три месяца каждый. Блондинка не захотела четвертого его звонка, понял лузер. До такой степени не захотелось, что она даже сменила номер, которым пользовался лет десять…

– Насильно мил не будешь, – сказал тогда сам себе лузер, и усилием воли выкинул блондинку из своих мыслей.


Теперь лузер внимательно оглядывает блондинку, невольно восторгаясь её роскошными, светло- соломенного цвета волосами, длиной почти до пояса. На ней белоснежные брючки, сиреневая блузка, белые туфельки. Блондинка повелительно машет рукой. На этот жест к ней из мерседеса выходит водитель, одетый в джинсы и светлую рубаху.

Для водителя у него слишком ладная фигура и четкие, уверенные движения. Охранник, понимает лузер, и невольно быстро прокачивает его взглядом. Тот спокойно и уверенно смотрит в глаза лузеру… Через пять секунд они отводят взгляды, признавая силу и авторитет друг друга. Блондинка как-бы и не замечает эти мужские глупости.

– Завтра в восемь, – бросает она через плечо, повелительно.

– Понял. Доброго вечера, – отвечает ей охранник-водитель, называя блондинку по имени-отчеству. Он садится в авто и трогается быстро и уверенно, через несколько секунд мерс с шелестом скрывается за углом дома.


Блондинка подходит к стоящему на тротуаре лузеру и, гневно сверкая глубокими голубыми глазами, произносит:
– Ты с ума сошел! Что это у тебя за идиотская борода? Почему острижен коротко? Похож на больного… Ты хоть со стороны на себя смотришь?

Лузер помалкивает: за годы, проведенные с блондинкой, он привык к ее бестактности и привычке командовать.
– Год ведь не виделись… А ты с упреков начинаешь, – все же неодобрительно произносит он.

– Больше. Год и четыре месяца, – отвечает блондинка. – Как твои дела?

– Плохо. Бизнес накрылся, дел нет. При тебе же еще случилось. На личном фронте без изменений, одинок. Сердце все так же пошаливает, как тогда ночью… В общем ничего хорошего.


Отчитавшись, лузер спрашивает у блондинки, из вежливости:
– А ты как?
– Отлично! Купила за год три квартиры, в домах, что вокруг твоего.

Блондинка подробно перечисляет лузеру, где и какие именно квартиры она купила, сколько денег за них отдала, во сколько вышел ремонт и мебель в каждой…

Лузер уже не слушает ее, но, с приклеенной полуулыбкой на губах, вежливо кивает головой. У него болят ноги, туфли жмут и стоять ему тяжко. Лузер хочет поскорей к себе домой, разуться, принять душ, лечь и уснуть…


Улыбаясь, лузер хвалит блондинку за ее деловую хватку и прощается. Та резко вскидывается:
– Ты уходишь? Тебе что, здесь со мной и постоять палево?
– Нет, что ты… Мне очень приятно. Просто я устал.
– Устал? Ты заработал мне на Луи Виттон? Или опять «подожди еще немного»?
– Денег у меня нет, – тоскливо и спокойно отвечает лузер. –Обещал тебе Виттон, не отказываюсь.


Он достает из своего черного кожаного портфеля Dr. Koffer, оставшегося от лучших времен, две черные карточки «Рив Гош» по полторы тысячи каждая, и отдает их блондинке. Та смотрит на их номинал и убирает со вздохом в свою сумку.

– Ладно, проводи меня до подъезда, – говорит она лузеру.

Тому не хочется идти куда-то своими больными ногами, и блондинка это сразу просекает:

– Ты допустишь, чтобы меня ограбили и изнасиловали по дороге? – Очень громко спрашивает она.

– Сейчас еще светло. Кругом люди. Кому ты нужна? –Искренне удивляется лузер.

– Например, вот эти двое. Они со мной сделают что угодно, –блондинка открыто указывает рукой на двух мирного вида уроженцев Юга, что сидят на скамье неподалеку. Они слышат фразу блондинки и чернеют смуглыми лицами, но сдерживаются.


– Пойдем, – лузер берет блондинку под руку и уводит прочь от своего дома. Ему теперь стыдно перед незнакомыми южанами за бестактные слова блондинки.
Поглядев на южан, он видит, что один из них достал телефон и что-то говорит в трубку на своем языке.
– Плохо, эти горячие южные люди реально обиделись,– про себя делает неутешительный вывод лузер.
ЧАСТЬ 3

Они направляются по красивому плиточному покрытию нового двора к дому блондинки. Лузер, искренне недоумевая, спрашивает:
— Как же тебе удалось… заработать-то на три квартиры за год? Это один спонсор, или несколько
Блондинка весело смеется и отвечает без тени обиды:
— Да уж, есть еще мужчины на свете, которые могут угодить подарком красивой девушке. Потом вкрадчиво спрашивает у лузера
— А ты ревнуешь, да?
— Нет, — искренне отвечает ей лузер. Уже нет. — Ты бросила меня, огорчила… Мне было так хорошо с тобой, а потом вот… после твоего предательства… стало как-то пофиг.

— Я бросила?! Что ты выдумал? Какое предательство? — Блондинка столь естесственно возмущена, что лузер поверил бы ей, если бы не помнил все обстоятельства. Или поверил бы, если бы хотел намеренно обмануться. С удовольствием бы поверил! Так строго сверкают её серо-голубые глаза!
— И почему, по-твоему, мы расстались? — Спрашивает она.
— Потому, что я стал нищим, — вторит он.
— Дурак, какой же ты дурак… Разве в этом дело. — Она качает головой и смотрит на него с жалостью. Но лузер опытен, разумен, и не поддается на уловки.

Женщина останавливается возле скамейки, кладет на нее сумку, достает пачку «Вог» и закуривает. Лузеру неприятен дым, он рефлекторно отстраняется.
— Ты чего? — Снова удивляется блондинка.
— Отвык от табака, — отвечает ей лузер.
— Ты не куришь?
— Бросил.
— Уважаю.

Блондинка вдруг меняет тему:
— Мне нужно знать твое мнение. О моих делах.
Лузер хочет домой. Он вежливо отнекивается, ссылаясь на свою некомпетентность. Но блондинка не слушает, а говорит точно как раньше, когда они были вместе, близки и счастливы:
— Я дура, и ты об этом знаешь. И я об этом знаю. На кону большие деньги, выслушай меня…
Лузеру ничего не остается. На самом деле, в деловых кругах города блондинка слывет женщиной умной и хитрой. Но лузер видел ее сомневающейся и беззащитной, слабой и больной, и измученной, и некрасивой, и глупой. Он знал — если блондинка называет себя дурой, значит, ей реально нужна помощь.

Лузер переключает мозг в рабочий режим, попутно сканируя взглядом окрестности. Место кажется ему подходящим для серьезного разговора — вокруг никого, по аллее ходят только мамаши с колясками, да бегают дети. Соседние скамейки не заняты, зелень не скрывает подходов, все отлично просматривается.
— Рассказывай, — он подсаживается к ней, и блондинка тотчас выкидывает сигарету. Он почти равнодушно отмечает и сероватый цвет ее лица, и избыточную округлость бедер, и складки на боках, под обтянувшей их блузой — они проступили, когда она села.

Блондинка излагает запутанные финансовые схемы, он слушает, не перебивая. Она замолкает и лузер задает уточняющие вопросы.
Неожиданно она выдает ушат инсайдерской информации о состоянии здоровья, семейных делах, изменившихся бытовых привычках и нарушениях сна у самых влиятельных людей города.
— Откуда у тебя эта инфа? — Он поднимает брови.
— Алка поделилась, — отвечает блоандинка, — мы ведь подруги. А ее Боря ночами стал вставать и курить в ванной…

Боря — это местный миллиардер. Теперь, с учетом этой информации, лузеру становится ясна подоплека многих темных тендеров и разорванных контрактов.
— Какие вы бабы, все-таки, твари глупые. Вода у вас в задницах не держится, — сорвался лузер.
— Вы, мужики, хуже баб, — мгновенно парировала блондинка. — Так что ты думаешь?

Лузер думает минут пять, блондинка сидит тихо, не мешая ему. Взвесив все «за» и «против», лузер предлагает свой вариант решения. Блондинка задает массу вопросов. Лузер терпеливо отвечает. Видимо, его решение приходится блондинке по сердцу — она облегченно улыбается, напряженные мимические мышцы расслабляются, а в глазах появляется уверенность. Она хитрая, и наверняка, рассказала не все и сделает по-своему, но именно мнение лузера помогло ей сложить какой-то мудреный пазл.
— Ты почему не обратил внимания на мою сумку?
Лузер таращится на сумку.
— Эх ты… Это ты мне ее подарил, не помнишь?
— Нет, — вздыхает лузер.

Блондинка вспоминает — раньше лузер любил выговориться после мозгового штурма. И она спрашивает его о том, что ей давно не интересно:
— А какие у тебя сейчас жизненные принципы?
Лузер тотчас включает свой ротовой аппарат:
— Сейчас архетип моего мужского счастья — это Валгала, потому что в ней классно. Битва с вечера до утра, а затем чудесное исцеление ран и воскрешение убитых воинов. Воины идут в пиршественный зал, где кушают кабанятину, запивая медом. Знаешь ли ты, что забитый и съеденный вепрь сам оживает ежедневно? Воинам Валгаллы заботиться о пропитании не надо: мед доится от козы, которая кушает листву Миррового дерева. Сплошная самобранка-скатерть, в общем. А ночью приходят прекрасные девы и ублажают их. Это хорошо. И цель воинов ясна и благородна: готовиться к участию в последней битве. Когда по глади водной заскользит корабль, сделанный из ногтей мертвецов…

Блондинка подшумок достает еще сигаретку и делает вид, что слушает лузера. Тот заливается соловьем:
— Думаю, что всякие семейные ценности выдумали тетки очень давно, чтобы накинуть хомут на самцов. Мужчинам (да и зрелым женщинам) вся эта семейная мимишность в тягость. Хотя не все признаются в этом, ясен пряник…
— Ты дурак, хоть и очень умный, — заключает блондинка, дождавшись конца монолога. — Ты веришь в эту хрень?
— Нет, конечно. Я верю в свою смерть-избавительницу. Она придет неизбежно и спасет меня от заточения в земной темнице. — Лузер серьезен, как никогда.

— Да, с такой философией жизни…— Блондинка отвлекается. — Смотри-ка, Lacoste на такую фигуру, с ума сойти! Как ему удалось найти такой размер?
Лузер ловит направление ее взгляда и видит огромную фигуру очень смуглого брюнета. Только что вышедшего из Порше. Это авто лузер тотчас узнает — таких в городе мало. Сейчас брюнет разговаривает с теми двумя южанами, что были оскорблены неосторожными словами блондинки. Оба они указывают на скамейку, занятую лузером и его спутницей, и все трое быстрым шагом идут к ним.
— Живо либо домой, либо смешайся с детьми на детской площадке, — бросает лузер блондинке.
— Еще чего! — Возмущенно начинает она, но лузер уже не слушает её.

Он подымается со скамьи, делает несколько шагов навстречу смуглым мужчинам. Привычно раскачивает свою психику, пребывая в полной неподвижности, а мысленно представляя поступательные, но стремительные движения тела…
Тренированное сознание через несколько секунд послушно забывает испуг и переходит в предбоевой режим. Трезвый разум подсказывает лузеру всю информацию, что слышал и прочел когда-либо о приближающемся к нему воре в законе. Возраст, судимости, места лишения свободы, недоказанные преступления, поведение в разборках и на «стрелках», и прочую полезную сейчас информацию. Вывод такой: это не «стрела», а так, «смотрины», перед «забиванием» серьезного разбора в месте, где уже не будет лишних глаз. Лузер расслабляется…

Вор останавливается в трех метрах от лузера, рядом с ним замирают «оскорбленные».
— Привет, — говорит он. Лузер отвечает тем же словом. Он замечает в непроницаемо черных глазах вора узнавание и след замешательства. И лузер решает развить этот неожиданный успех:
— Ну, и что я от вас хочу, уважаемый?

Вор что-то коротко спрашивает у спутников, на незнакомом языке. Те переглядываются смущенно — заметно, что обстоятельства принимают для них неприятный оборот.
Вор обращается к лузеру:
— Вот эти двое оторвали меня от дел своей просьбой привнести в этот мир справедливость. Они сказали мне, что были публично оскорблены без причины…
Тут вор делает многозначительную паузу, и лузер немедленно этим пользуется:
— Эти двое были оскорблены слабой женщиной и не нашли нечего лучше, как нажаловаться уважаемому человеку… Хотя любому, имеющему разум, должно быть известно — в таком случае не стоит ронять себя разговором с женщиной или жалобой авторитетному человеку. Достаточно подойти к мужчине или родственнику женщины и сказать:
— Братское сердце, не огорчайся моим словам. Но твоя женщина оскорбила меня. Как мы будем с тобой решать этот вопрос?

Вор одобрительно кивает и смотрит с благодарностью — лузер пошел навстречу и сказал именно те слова, что позволяют вору выйти из щекотливого положения без потери репутации.
Он через плечо бросает по-русски:
— Вы все слышали. За то, что зря меня зря и попытались вбить кол между людьми, завтра утром принесете мне по 100 тысяч рублей каждый. Половина их штрафа пойдет вам — это он уже лузеру.
Тот отвечает с достоинством:
— Благодарю вас за это предложение. Но не в деньгах счастье. Пусть моя доля будет употреблена вами по своему усмотрению “на грев” тех, кто сейчас смотрит на небо через решетку.
Вор одобрительно говорит:
— Был наслышан о вас раньше, (называет лузера по имени и отчеству), от уважаемых людей, как об очень умном и справедливом человеке. Рад, что сегодня лично убедился в этом…
И они с лузером расстаются весьма довольные друг-другом и тем, что удалось мирно и без потерь выйти из неприятной ситуации.

Поднимая портфель со скамьи, лузер ищет глазами блондинку — она стоит в 20 метрах с телефоном (или как там называется этот новомодный гаджет) в руках. Он направляется к ней, мысленно успокаивая свою разогнанную психику представлением глади заснеженного поля…
Внезапно его посещает смутное ощущение опасности, он резко разворачивается, но ничего подозрительного не замечает. Дети, домохозяйки, мужик в синем комбезе с надписью ЖКХ, спины трех удаляющихся мужских фигур…
— Показалось, — думает лузер.
— Это был тот, о ком я подумала?
— Да. А ты куда это звонить собралась?
— Вовке.
Вовка — это начальник полиции, муж лучшей подруги блондинки. До того, как она стала жить с лузером, Вовка постоянно выручал её из всяких неприятных ситуаций.

— Мог бы и погромче говорить, я ничего не слышала. Ты меня сегодня до дома-то проводишь? Устала я с тобой…
Пораженный таким заявлением, лузер мудро молчит. Блондинка болтает о чем-то, он пропускает мимо ушей. У подъезда она крепко берет его под руку и спрашивает:
— Ну так что там с Одином? Пошли, зайдем ко мне, посмотришь ремонт?
— Один на самом деле — предатель воинов. В сагах об этом есть сведения. Здесь кроется особый смысл: Одину нужны в Валгалле сильные и молодые воины, вот он и организует своим избранникам скорую смерть на поле боя. Снова и снова предает их или отвлекает, делая полет Валькирий над битвой видимым. Воины разглядывают летящих по воздухе белокожих блондинок и пропускают смертельные удары. — Лузер умолкает.

Они заходят в квартиру блондинки. Там он быстро проходит по комнатам, отмечая, что ремонт и вправду очень дорог, мебель отлично подобрана и уместна. Все стильно, роскошь не бросается в глаза, дизайнер постарался на славу.
— Обустройство обошлось в 6,5 миллионов?
— Да. В шесть.
В квартире блондинка снимает туфли, и лузер вновь замечает ее располневшую фигуру. Он пытается обнять и поцеловать блондинку, но та не дается.
— У тебя пальцы по-прежнему стальные, на спине и на попе синяки ведь будут. Мне приятно, но я не готова. И вообще, у нас уже никогда ничего не будет. Мы с тобой, как сестра с братом. Вот, в щеку тебя целую, и хватит…
Лузер не настаивает и идет к выходу.
— Ты пропадешь без женщины.
— Я уже пропал.

Выйдя из подъезда, лузер прикидывает, какой дорогой ему пойти, чтобы блондинка видела его из окна. Сориентировавшись, он выбирает нужный тротуар. Идет он не оглядываясь, взгляда на себе не чувствует. Просто знает, что женщина сейчас стоит у окна, смотрит ему в спину и курит. Вскоре он скрывается за углом…

К своему дому лузер подходит уже в сумерках. По левую сторону, навстречу, медленно бредет мужчина в синей спецовке ТСЖ. Правая рука у него, очевидно, травмирована — от локтя и до кончиков пальцев в бинтах и на перевязи, а в левой он держит ведро с торчащими из него ветками.

Поравнявшись с ним, лузер вдруг ощущает резкий и сильный толчок в левый бок на уровне груди, затем слышит негромкий хлопок и ощущает резких запах горелой марли.
Боль обжигает грудь, рубашка слева становится тяжелой от крови, и он понимает, что жизнь стремительно покидает его. Лузер улыбается такому концу — своевременному и быстрому, без мучений. Могло быть и гораздо хуже…

Но вдруг приходит осознание “последнего дела” его непутевой жизни. Лузер выпускает из рук портфель, одновременно плавно шагая к своему убийце. Тот стоит неподвижно, в ожидании падения «клиента» и неспешного контрольного выстрела. Лузер, не обращая внимания на вторую пулю, что пробила ему желудок и застряла в позвоночном столбе, нежно кладет своему убийце ладонь правой руки на затылок, а левую — на подбородок. Резко, сколько есть силы, ведет левую руку к себе, толкая от себя правой. Раздается неизбежный хруст шейных позвонков.

В глазах убийцы читается сожаление и удивление, но он спокоен и не дергается, вероятно, увидел в глазах лузера свою смерть. “Сам виноват, надо было ПМ брать, а не этот спортивный малокалиберный ИЖ 34М”, — зачем-то еще думает убийца. Последняя мысль сменяется понимаем неизбежности смерти, и он встречает ее в соответствии с только ему известными убеждениями.

Лузер разом убирает руки с головы своего убийцы, и тот мешком опускается на тротуар. Ведро с ветками выпадает из мертвой руки и заваливается набок.

Вместе с этим ведром валится на спину и лузер. На него накатила адская боль, кровь заливает пробитое легкое, льется изо рта, дышать все тяжелее. Тело хочет перевернуться на живот — так оно протянет дольше, но сил уже нет… Через минуту мучительной агонии наступает милосердие смерти, боль отступает, и лузеру становится тепло, покойно и хорошо. В таком состоянии он и встречает свою смерть-избавительницу.

Конец


Comments 15


Прочитал с интересом.

05.11.2017 22:39
0

спасибо

05.11.2017 22:46
0

Зачиталась. Спасибо. Жалко Лузера.

05.11.2017 23:06
0

Вам спасибо)

05.11.2017 23:31
0

Оставлю комментарий, дабы не потерялся труд. А завтра, по дороге на работу обязательно прочту!

05.11.2017 23:50
0

Спасибо, прочитала с удовольствием.

06.11.2017 00:22
0

Вам спасибо)

06.11.2017 00:26
0

спасибо за рассказ, bammbuss, благодаря Вам я прихожу на Голос.

06.11.2017 01:57
0

Спасибо вам)

06.11.2017 10:33
0

Привет, @bammbuss. Оцени пожалуйста пост /ru--psikhologiya/@cryptostock/krasivaya-ili-umnaya-50-50

06.11.2017 05:22
0

Привет. Интересный и умный пост. Проголосовал)

06.11.2017 10:16
0

А можно немного покритиковать с точки зрения достоверности? ;)

"В конце концов, в кровь идет окситацин, разве это плохо? Хоть что-то хорошее в жизни.

За время затянувшейся на годы черной полосы лузер научился радоваться любому светлому пятну. Вот и сейчас, периферийным зрением замечая на себе завистливые взгляды мужчин, он совершенно четко осознавал свою радость от неожиданной встречи с красавицей-блондинкой и пытался запомнить это позитивное мгновение. Чтобы потом, в минуты тоски и отчаяния, вспоминать о нем."

ОкситОцин у мужчин вызывает несколько иную реакцию. Если говорить примитивно, то - ревность и соперничество, а не радость и превосходство ;)))

06.11.2017 06:23
0

Критикуйте на здоровье)

06.11.2017 10:06
0