ПИСАТЕЛЬ ДНЯ. Элизабет Хэнд (род. 29 марта 1957)


Американская писательница. Лауреат «Небьюлы», Всемирной премии фэнтези и других престижных наград.

Цитаты

Мне нравится писать. Для меня это как наркотик.

Я изучала то, что меня интересовало, и поэтому мне пришлось стать писателем, потому что моё образование сделало меня непригодной для приличной, хорошо оплачиваемой работы.

Искусство требует дисциплины и определённого уровня непривязанности, а также технических навыков и концентрации.

Талант — если его не поощрять, не тренировать — умирает. Он может ненадолго вырываться наружу, но это никогда ничего не будет значить. Он как дикий конь. Если вы не приручите его и не научите бегать по треку, шагать в ногу и нести всадника, неважно, насколько он быстр. Всё бесполезно.

Когда становишься старше, понимаешь, что действительно получил один шанс во всём. Есть люди и опыт, которых очень хочу почтить, и поэтому я стараюсь делать больше с помощью своей работы. Когда я была моложе, то, думаю, обладала чистым талантом, но очень мало его контролировала. Теперь у меня больше контроля, и я стараюсь быстрее учиться на своих ошибках. Однако мне всё ещё кажется, что я только начинаю и только начинаю понимать, как работает этот процесс.

Я никогда не думаю о жанрах, когда работаю. Я написала фэнтези, научную фантастику, мистику, а сейчас работаю над детективным романом. Жанры в основном полезны в качестве маркетингового инструмента и помогают продавцам книг узнать, на какую полку поставить книгу.

Об исследованиях, опыте и персонажах

Мне нравится пытаться представить, как бы мог думать и дышать кто-то из другой культуры. Я получила степень бакалавра в области культурной антропологии, и мне больше всего нравилось работать в качестве наблюдателя в полевых условиях, встраивая себя в группу, а затем проводя этнографические интервью и анализируя результаты. Это был отличный опыт для писателя.

Вы создаёте персонажа, оболочку, и если вы построите её правильно, внутри неё что-то начнёт жить.

Поиск трансцендентности через искусство — одна из вещей, которые меня больше всего волнуют в моей жизни и моей работе. Я использую собственный опыт в своих книгах, и многие персонажи срисованы с людей, которых я знаю, и я всегда думаю об этом — когда вы переходите черту? Когда поиск трансцендентности становится опасным для вас и других людей? Есть ли люди или вещи, которыми я бы пожертвовала ради своего искусства?

История — это огромная песочница для писателя. Я люблю исследовать, искать и копаться в первоисточниках в надежде обнаружить крупицу информации, которая почему-то осталась незамеченной, которую я затем могу использовать в рассказе. И хотя я всегда стараюсь создать настолько аутентичный и увлекательный портрет какого-то периода, насколько могу, мне нравится играть со всеми «а что, если» истории.

Об искусстве

Я считаю, что люди обязаны быть нравственными, и искусство неизбежно отражает это.

Подростком я читала работы экзистенциалиста Виктора Франкла. Это оказало на меня огромное, возможно, неизмеримое влияние. Франкл был неврологом и психиатром, который пережил Освенцим, но потерял жену и почти всю свою семью в концентрационных лагерях. Позже он писал о своём опыте и о механизмах выживания, которые использовали различные заключённые в лагерях, и о том, как даже в самых ужасных обстоятельствах, которые только можно представить, можно было выжить, сохранив приличия, человечность и даже надежду. В то же время он признал присутствие и силу подлинного человеческого зла. Работа Франкла не является противоядием от отчаяния, но я считаю её мощным оружием в борьбе с ним.

Мой опыт в мире довольно интенсивный, а иногда и пугающий, а это значит, что мне нужно быть очень осторожной, чтобы сохранять равновесие. Но это также и подарок, и я стараюсь поделиться этим опытом и своим видением со своими читателями.

Я лучше отношусь к людям с недостатками, потому что я одна из них. Я всегда вспоминаю замечательную фразу Леонарда Коэна: «Во всём есть трещина, туда и проникает свет».

В художественной литературе мы хотим, чтобы проблемы были разрешены, и я знаю, что их нерешённость может вызывать неудовлетворение, но думаю, что есть место для открытых вещей.

Я считаю, что искусство — это такой мощный способ понимания мира и своего рода движения по миру, посредничества в мире.
Искусство — это просто средство доступа к трансцендентности и тайне, так же как просмотр пугающего фильма или чтение научно-фантастического романа.

Элизабет Хэнд о писательской эволюции (из трёх интервью)

Писатели разными способами субсидируют свою карьеру. Некоторые выходят замуж за деньги или получают наследство. Если вы наследник состояния, вы можете стать поэтом. Мне не повезло. Я единственный родитель двух детей, и я делаю то, что должна делать, чтобы выжить. Многие писатели преподают английский или учат письму, но я не хочу этого делать. Я хочу писать. Мне нравится мой образ жизни; мне нравится свобода жить там, где я хочу жить. Я распоряжаюсь своим временем, и, когда мои дети были младше, я могла проводить с ними много времени. Новеллизации дают мне возможность писать серьёзные вещи.
Я не вкладываю в это слишком много себя. В некоторых случаях я вкладываю в проект больше собственной стилистической валюты, но люди в студии говорят: «Мы этого не хотим, мы хотим, чтобы вы убрали все прилагательные».

Я не знаю, сколько у меня осталось лучших писательских лет, и я решила, что хочу сосредоточиться как можно больше на своём собственном материале. Сейчас я больше преподаю, что немного полезнее, чем новеллизация «Женщины-кошки». И я всё ещё рецензирую книги, что мне очень нравится — это даёт мне возможность поддерживать критическую часть моего мозга в работе.

Я стараюсь сохранять определённую целостность в том, что пишу. Я устанавливаю для себя очень высокую планку, часто терплю неудачу и тогда жёстко отношусь к себе. Но я пытаюсь снова и снова, по мнению Беккета, лучше потерпеть неудачу. Я пишу медленно и несколько лет назад приняла решение не писать ничего, на что у меня не было бы 100% души. Так что больше никакой работы со СМИ. В наши дни я много преподаю, что является одним из способов передать творческое пламя и воодушевить новых писателей. Я активист на местном, низовом уровне — я стараюсь участвовать в решении проблем в нашем очень маленьком сообществе здесь, в сельской местности штата Мэн.

Что бы вы больше всего хотели, чтобы читатели вынесли из чтения ваших произведений?
Ощущение, что у них действительно был опыт, о котором я писала, что у них был оргазм или галлюцинация, или они видели, как кто-то умирает или рождается. А также ощущение, что в жизни есть очень реальное моральное измерение и что у нас всегда есть выбор — мои истории полны людей, которые буквально или образно совершают прыжки в неизвестность. Но они делают эти прыжки, этот выбор осознанно.
«Потерянное поколение» начинается с фразы: «Всегда есть момент, когда всё меняется». Мы сталкиваемся с этими моментами каждый день. Наши решения — это не всегда выбор жизни или смерти, но иногда это так. Это может быть подтекстом в моей работе, но я всегда хорошо осведомлена о выборе, который делают мои персонажи, добро это или зло. Хочется думать, что мои читатели тоже.

О татуировках

Я хотела сделать татуировку с девятнадцати лет.

Свою первую я набила в 2001 году, сразу после смерти Джоуи Рамона. Тогда меня по-настоящему поразило, что моё поколение исчезало у меня на глазах. Я подумала: чего я, чёрт возьми, жду?

Итак, я пошла к блестящей художнице здесь, в штате Мэн и попросила огненное кольцо на правом плече. Это из песни Лу Рида «Волшебство и потеря» (The Summation), которая, вероятно, является лучшей песней, когда-либо написанной о борьбе за то, чтобы стать артистом: её центральная метафора — прохождение сквозь стену огня.

Татуировка «Слишком круто, чтобы умереть», которая покрывает верх моей левой руки, принадлежит Касс (персонажу «Потерянного поколения»), и я сделала её по той же причине, по которой она сделала её.

Последняя татуировка самая сложная — она покрывает нижнюю часть левой руки. Это цитата Рембо, написанная на фоне переплетённых виноградных лоз, цветов и пламени, на её создание ушло несколько месяцев. Стих из «Одного лета в аду»; это на французском, но вот перевод:

О дух мой бессмертный,
Обет свой храни,
На ночь не взирая
И пламя зари.

Это напоминание о том, что нужно оставаться верным своей жизни и работе.


Comments 1


@amidabudda, здорово! какая мощная женщина!

29.03.2021 16:00
0