ПИСАТЕЛЬ ДНЯ. Джон Апдайк (18 марта 1932 — 27 января 2009)



John Hoyer Updike

Писатель, поэт и литературный критик. Классик американской литературы.

Цитаты

Я никогда не хотел преподавать, повторить жизненный путь своего отца. Я предпочитал быть плохим писателем, чем не писать вовсе. И я всегда относился к писательству как к профессии.

Я работаю писателем, как другие работают зубными врачами или биржевыми маклерами. У меня, как и у всех, есть рабочие часы: с 9 утра до 13.30. Поэтому, даже если пишешь небыстро, в конечном итоге набирается немало страниц!

Я стал писателем в 22 года. Это, наверное, было очень рано, потому что я проскочил период поисков, метаний, путешествий по Америке на попутной машине — всего того, что потом становится литературным материалом.

Каждая страница романа должна быть подобна стихотворению. Она должна представлять интерес сама по себе, в ней должна присутствовать внутренняя динамика, пусть даже читателю и неизвестна вся история целиком. Также нужно создавать очень точные образы и, конечно же, замечательный сюжет.

Полутени

И у теней свои сезоны есть.
Лёгкий узор, который почки клёнов
отбрасывают на унылую лужайку,

имеет только отдалённое родство
с высокой и тенистой летней массой
с континуумом, на туннель похожим —

цвет чёрный, вымыт из зелёного,
глубоких луж,
над ними шаром вьётся мошкара,
легка, как астролябия.

Истончена тень осени, она
наследственный Восток,
изношенный до розового красный,
изношенный до нити ворс.

Кажутся синими все тени на снегу.
Вот лыжник
ликует на вершине, видит он, как полюса
растягиваются к долине: так

каждой травинки стебель
проецирует другой
напротив солнца, и в болотах
сеть эта бесконечна,

как бесконечно мало
крылатое затмение, которое орёл в полёте
проносит над пустынною равниной.

А тени на воде! —
вот буковая ветвь, склонившаяся
над озёрной рябью,
где золотом сверкают крупинки ила,

вот док стальной, и за него подвешена
подлодка, она колышется,
и трап её от воздуха густеет.

И самые красивые, ведь их совсем не ждёшь,
на сером серые полоски,
которые жемчужно-белое зимнее солнце,

низко висящее за голым лесом,
растягивает через дорогу от ствола к стволу,
как будто лестницу, что не ведёт наверх.

Перевод Анастасии Бабичевой


В начале, я думаю, писатель ищет образец для подражания — в моём случае это были Пруст, Набоков, Сэлинджер. Но как только он формируется как писатель, то пускается на поиски чего-то столь прекрасного, что порождало бы желание создать это самому, и в подобном случае соблазн велик и велика вероятность... ну, если, конечно, вы отыщете надёжное место, где можно схоронить украденное.
Для того чтобы самому писать, необходимо экспериментировать с писательством. Читать достаточно много, чтобы, как говорил Пруст, жить во всём этом. И с этой точки зрения все мы — воры.
исатель должен понимать, что обыдененность — это то, чем живёт подавлщее большинство людей, и что романы, в которых много надуманного и фантастического, очень далеки от жизни. Обычная, ординарная я жизнь — вот то, чем нужно иметь дело.

Повествование похоже на комнату, на стенах которой нарисовано несколько фальшивых дверей; в то время как в повествовании у нас есть много очевидных вариантов выхода, но когда автвтор ведёт нас к ной конкретной двери, мы знаем, что она правильная, потому что она открывается.

Искусссство даёт мне воожность не быть жестоким. Трудно найти дорогу в жизни, которая позволила бы ступившему на неё избежать жестокости. Искусствтво — одниз таких немногих трасс. Искусство позволяет художнику делиться с людьми своим счастьем. Даже если он описывает жестокость, боль, страдания.

Способность писать — это щит, возможность спрятаться и мгновенно превратить боболь в мёд.

Мы живём в эпоху, когда важнее всего глаза. И кино, и изобразительное искусство довольно сильно пугают нас, тех, кто занимается словом.

Поэзия чиста. Сочиняя стихи, не разбогатеешь, но можно работать с языком, создавать кристально чистые вещи. Проза не может быть совершенной. Поэзия — искра зажигания, масло в механизме языка.

Слава — это маска, которая разъедает лицо.

Отказ довольствоваться отдыхом, готовность рисковать излишеством ради своих навязчивых идей — вот что отличает художников от артистов и делает некоторых художников авантюристами от имени всех нас.

Всё наше достояние — это жизнь. Это странный дар, и я не знаю, как мы должны им распорядиться, но жизнь — это единственное, что мы получаем в дар, и дар этот дорогого стоит.

Из произведений

Без любви мы умираем или в лучшем случае живём искалеченными. «Гертруда и Клавдий»

Согласно старинному правилу викингов, то, что ты не можешь удержать, не твоё. «Гертруда и Клавдий»

Мужчина тоже может быть просто человеком. «Иствикские ведьмы»

Просто нужно вообразить свою жизнь — и она сбудется. «Иствикские ведьмы»

Романтизм сводит людей друг с другом, но только реализм помогает им жить вместе. «Бразилия»

Добро и зло не падают с неба. Мы. Мы их создаём. «Кролик, беги»

Оставайтесь сами собой. Господь не хочет, чтобы дерево стало водопадом, а цветок — камнем. Господь наделяет каждого из нас своим особым талантом. «Кролик, беги»


Comments 0